В ближайшие минуты, прежде чем закатное солнце сменится на звездную черноту, они окажутся в центре беспощадной битвы. В осенней степи скрываются тенистые холмы и жестокий мир бастардов — тех, кто не имеет права быть ни одной расы. Они глядят на бой сквозь прозрачную пелену крови....
– Ты просила честного боя, а теперь наносишь подлый удар. Думаю, что нам стоит просто прогнать тебя в степь, но сначала наказать. – Ал-Тор медленно достал меч.
Лейла усмехнулась. Этот глупый самец сам нарывался на смерть. Он взялся за свой неуклюжий лом. Теперь она сможет измотать его и дотянуться до горла. Ей нужен только один удар.
– Ты не хочешь убивать ее, – услышал воин голос клинка.
– Нет. Мне жаль ее.
– Она что-то сказала о своей сестре. Я помогу тебе, а ты, будешь держать меня в руке, когда станешь допрашивать ее.
– Зачем тебе это?
– Интересно, – прозвучал ментальный ответ новорожденного клинка.
– Договорились, – ответил воин и начал движение.
Ветераны отступили в стороны и замерли. Много раз каждый из них видел этот танец. Танец меча, но на этот раз мастер превзошел самого себя. Палаш Лейлы обиженно звенел каждый раз, когда натыкался на меч мастера. Сама Лейла просто разрывалась от злости. Она делала все, что могла, но ее попытки сводились к нулю. Клинок пел и отбрасывал палаш, ни на секунду не прерывая своего танца.
Последним движением танца меч закрутил палаш и рывком отбросил его в сторону. Острие меча уперлось в горло девушке. Судорожно сглотнув, Лейла замерла, глядя прямо в его хищные, зеленые глаза.
– Вот и все. Все твои попытки провалились. Теперь тебе осталось только умереть, – громко сказал воин и, плавно нажимая на меч, заставил ее опуститься на колени.
– Я даже не знаю, как это сделать? Убить быстро или для начала отдать воинам? Может быть, нарезать из спины ремней?
Стоявшие рядом ветераны заулыбались, сообразив, что задумал их мастер, и наперебой принялись советовать разные пытки.
Посмотрев на девушку, Ал-Тор резко нагнулся и, заглянув ей в глаза, властным голосом спросил:
– Что с твоей сестрой? Где она?
Взгляд девушки забился, как пойманная птица, но его зеленые глаза словно пронзили ей душу.
Родители умерли, не оставив наследства, и ей пришлось заботиться о себе и маленькой сестре. Отставной солдат, живший по соседству, научил ее орудовать мечом. У нее неплохо получалось, и она нанялась в вольный отряд, охранять караваны.
Все шло хорошо, но однажды на караван напала шайка разбойников. Она отчаянно рубилась, но главарь легко обезоружил ее, и ей пришлось сдаться.
