В тревожном мраке ночи султан Абдул-Хамид I Блистательной Порты вновь ощущает давнюю опасность. В его воображении вихрь интриг и заговоров, затрагивающих королевский престол. Кровавые игры на двоих между высоким советом и дворянством лишь подогревают беспокойство монарха. Тени неизвестных и чужаков таинственно плетут свои сети, готовясь натравить династию против самой себя....
– Думал совсем уже из армии уволиться, три года долгосрочного отпуска взял на поправку имения. А-а-а, – махнул он рукой. – Разорился, семью создать так и не сумел. Один путь: или спиться и замерзнуть на пороге трактира, или обратно в армию, служить. Вот и вернулся в гарнизон, а там мое место уже занято, племянник начальника на нем хорошо эдак сидит. Ну и чтобы под ногами не путался да глаза бы не мозолил, сюда вот, в армейское интендантство Днепровской армии спровадили. Да и тут что-то не больно ладится, прежний начальник хорошо знаком с полковником Глуховым.
– Да чего там вешать-то? – удивился Алексей. – Павлович, да тут же одна рванина у тебя, которую даже полковые умельцы – и те не смогут починить.
– Эх, Алексей, Алексей! – покачал головой интендант. – Не будьте вы столь наивными, словно юноша. Был бы человек, а недостачу или пересортицу на него всегда можно повесить.
– Что, совсем вам плохо здесь? – посочувствовал ему Лешка. – Ну, тогда у меня к вам будет предложение, от которого вы вряд ли сможете отказаться.
Через три дня к станице Николаевской подъехали два офицера в сопровождении конного десятка охраны.
– Открывай шлагбаум Федотка! – крикнул скачущий впереди всех вестовой. – Не видишь, их высокоблагородие с Елизаветграда изволит возвертаться! А с ним наш новый интендант едет рядышком. Теперяча Степану Матвеевичу все какое-никакое, а облечение будет.
Глава 7. Воскресенье
– Папа, папа, помнишь, ты обещал нас с Настюхой в свой выходной на лодке покатать? – Ильюшка, словно игривый козленок, прыгал возле отца.
– Обещал детям? – спросила с подковыркой Катарина. – Вот и выполняй все теперь!
– Да, дорогая, я всем и всегда должен, – с улыбкой сказал Лешка. – Ла-адно, съезжу к Платону на пристань, скажу ему, что после обеда за лодочкой вернусь, пусть он ее к воде пока выставит.
– Папа, а можно я с тобой? – попросился Илья. – Я ведь уже научился в седле сидеть. Я тихонечко.
