Священник Василий едет в дальний поезд. В его сердце мешаются радость встречи с сыном и тревога о путешествии, которое может быть опасным. Улыбка проводницы подчеркивает необычайную атмосферу этого поезда — он кажется не просто местом для волокиты, но и центром загадочных событий....
Выйдя из своего купе и настороженно прислушиваясь, отец Василий, как и спал в своем спортивном костюме, пошел в сторону купе проводников. Там никого не оказалось. Он вышел в тамбур и, взявшись за поручни, выглянул в ночь.
Его вагон был вторым в составе. Впереди перед локомотивом в ярком свете прожектора виднелась огромная туша электрички с темными окнами и опущенными токоприемниками. Зрелище было зловещим. Тем более что дальше, в конце электрички, мелькал огонь пожара, бегали и кричали какие-то люди. Сбоку от полотна чернели в неверном свете выбивающихся языков пламени лежащие на боку вагоны.
– Господи Боже, – прошептал пораженный священник, перекрестившись, – что же это такое?..
Снизу по щебенке послышались легкие быстрые шаги, и перед ступеньками появилась бледная перепуганная проводница. Отец Василий спрыгнул к ней на землю и, взяв обеими руками за плечи всхлипывавшую девушку, требовательно спросил:
– Что там случилось?
– Два вагона сошли с рельсов, – сдавленным голосом пояснила девушка, – и загорелись.
– Приказ эвакуировать пассажиров с нашего поезда был? – твердо спросил священник и встряхнул перепуганную проводницу, чтобы привести ее в чувства.
– Нет, – удивленно и постепенно приходя в себя ответила та, уставившись на странного пассажира."
"– Тогда иди в вагон и никуда не выходи, дочка, – сказал отец Василий непререкаемым тоном. – Слушай свою связь и вспомни инструкцию. А я пойду туда.
– Куда? – встрепенулась проводница, вспомнив наконец инструкцию. – Туда нельзя ни в коем случае!
– Дочка, – вкрадчивым, но внушительным голосом сказал отец Василий, – там же пострадавшие есть, помощь нужна.
– Ребята из нашей бригады уже побежали туда, – сбивчиво стала объяснять проводница, вцепившись в рукав пассажира и таща его к вагону, – спасателей вызвали. А вам туда не нужно.
– Отставить! – рыкнул священник, и девушка тут же отпустила его рукав. – Дочка, – снова заговорил отец Василий, стараясь говорить очень убедительно, – я священник, я должен быть там, где у людей беда.
Придерживая на груди рукой крест, отец Василий побежал вдоль вагонов, спотыкаясь и оскальзываясь на мокром щебне. Около опрокинутых вагонов действительно суетилось человек шесть-восемь в форменных железнодорожных рубашках. Несколько человек пытались погасить огонь с помощью больших десятилитровых огнетушителей. Обнаружилась рядом и небольшая, рассредоточившаяся вдоль насыпи толпа пассажиров.
