В Фоме Маскауне, известного боксера-крупье, срываются иллюзии о своей несокрушимости. Его мощь и решимость рингу кажутся немыслимыми когда он разочарованно признает ошибку, падая от нокаута. А вокруг проплывает туманная атмосфера сомнений и печали, подчеркивающая невероятность этого переворота в жизни легендарного бойца....
Моя беда не захотела остаться со мной. Не захотела что-то прояснить, поговорить.
Она очнулась от морока, ужаснулась и просто свалила обратно в свою чистенькую жизнь.
К мажорикам, папочкиным машинам и элитной тусне.
А я… Я – это то, что было неправильно.
Словно принцесса занялась сексом с садовником. Один раз, чтоб почувствовать свободу. И вернулась обратно в свой замок, принца ждать.
А садовник остался в навозе. Вспоминать нежные губы, мягкость кожи и сладкий, сводящий с ума аромат…
Это было предсказуемо.
И правильно, в общем-то.
Потому что, несмотря на секс и на то, что нам было хорошо, я остался тем же грязным бойцом, а она – той же белокожей девочкой, падающей в обморок от вида крови… У нас нет будущего. Как, блять, я раньше этого не видел???
Глава 7
– Олег, давай в этот раз без зверства, а? Сдержись чуток, хотя бы до третьего раунда… – владелец клуба уговаривает, но, видя мою каменную рожу, прерывается и только вздыхает тяжело. – Идиот. Я сто раз тебе говорил, что тут главное – шоу. На шоу идут.
– Не лезь к нему, – вмешивается тренер, видя, что я едва сдерживаюсь. Уж он-то все особенности выражения моей рожи читает легко.
Владелец сваливает, ругаясь под нос.
Ему надо шоу.
А мне просто надо кого-нибудь отъебашить до кровавых соплей. Мне хочется.
Она не пришла больше. У меня есть ее инста, но я не писал. И не встречал больше у дверей универа.
Правда, со стороны смотрел каждый день. Издалека, так, чтоб не заметила. Отмечал всех новых смертничков и потом, когда она заходила в здание универа, вылавливал по-одному и душевно объяснял ситуацию.
Не хотел, чтоб говорили.
Но и оставить ее на растерзание мажорикам на папочкиных тачках не мог.
Короче, проводил все те же мероприятия и ждал.
Просто ждал, когда отпустит. Должно же отпустить? Когда-нибудь?
Смотрел на нее издалека и сжимал кулаки до боли.
А потом ехал в клуб и там уматывался. Днем на тренях, а по вечерам – в боях.
Даже говорить ни с кем не хотел.
Фома, который полез по дурости еще в самом начале, получил по роже. Задумчиво покивал, сказал что-то про то, «каких людей теряем» и «бабы – зло», и больше вопросов ни у кого не было.
– Ты смотри, Олег, у него левая ведущая.
– Угу.
– Не подставляй.
– Угу.
Сегодняшний мой соперник носит прозвище «Зверь». Не потому, что дерется зверски, а потому, что боли не чувствует.
Но мне плевать.
Я гоняю его по всему рингу, уворачиваюсь от хваленых ударов левой.
![Обложка книги Злодейский путь!.. [том 9]](/uploads/posts/images/2/zlodeiskii-put-tom-9.jpg)
