Вечерний город дрожал от ожидания королевской свадьбы. Елизавета Воронцова стояла между женихом и толпой влюбленных глаз, пытаясь выглядеть уверенной в себе хотя бы снаружи. Но усталость и непривычное положение подтачивали ее дух, оставляя лишь слабый кусочек уверенности в том, что она все еще может быть самой обычной бедной попаданкой из глубин своего мира.
Исчерпал на сегодня весь запас своих ругательств или копит новые силы, чтобы опять за что-нибудь ей высказать?
– Ты сказала ""сухие вина"", – воспользовавшись паузой, встрял Роланд. – Но как вино может быть сухим, если оно мокрое?
Тогда Лиза поделилась новой порцией информации о принятых в ее мире разновидностях вин, что ""сухость"" – это противовес сладости, а не мокроте. О градусах, то есть крепости, о сладости, которую порой достигают интересными способами, например, можно предварительно подвяливать на солнце или замораживать ягоды винограда...
– Подожди-ка! – опять перебил виконт. – Но что именно ты знаешь о производстве играющих вин? У ваших напитков ведь тоже пузыри воздуха внутри? Это именно такие вина?
При этом молодой мужчина подался вперед, стиснув кулаки, лежащие на столе меж тарелками, да и вообще выглядел как-то подозрительно. Лиза опять покосилась на мужа, у которого как-то желваки на скулах перекатывались. Что тут вообще происходит? Так хорошо сидели и болтали, к чему вдруг напряжение?
– Моя жена не обязана тебе отвечать, – наконец-то отмер барон, впервые реагируя на происходящее за столом.
– А если я решу, что она не так уж и стара? – процедил в ответ виконт.
Он был заметно моложе ее мужа, но спеси и грубости у него аж на двух ее баронов, нет, на трех хватит! Да ей в родном мире алкоголь в магазине без паспорта не продавали, а он говорит такое!
– ""Не так уж и стара""?! – не сдержалась Лиза. Еще один кандидат на ее тельце? Надумал вдруг? – Сомнительный комплимент от воспитанного... может быть... наследника известного графского рода. Или все ваше семейное достоинство только в винах, на воспитание детей не хватило? Знаете, виконт, наш разговор перестал быть мне интересным, так что...
– Наш разговор закончится, когда я так решу! – резко выдал этот молодой грубиян.
Его люди за ближайшими столами дружно повернули к ним головы.
– Да неужели? И как ты заставишь меня говорить, если я не захочу? – хмыкнула девушка.
– У меня есть опытные люди... – ухмыльнулся в ответ мажорчик, глядя на нее опять излишне высокомерно. – Разговорят кого угодно. А уж слабую женщину...
Но пока мужчины рядом подскочили с лавок и уже потянулись за своим оружием, Лизу еще быстрее снесло цунами раздражения.
