Вечерний город дрожал от ожидания королевской свадьбы. Елизавета Воронцова стояла между женихом и толпой влюбленных глаз, пытаясь выглядеть уверенной в себе хотя бы снаружи. Но усталость и непривычное положение подтачивали ее дух, оставляя лишь слабый кусочек уверенности в том, что она все еще может быть самой обычной бедной попаданкой из глубин своего мира....
И в прислугу идут чаще всего еще подростками, их сдают господам родители, которые и будут получать зарплату своего отпрыска. Или слуг передают ""из рук в руки"", по наследству или хорошим знакомым. Устроиться в хороший богатый дом с улицы, как оказалось, практически невозможно. Ведь о таком сытом и спокойном месте, как господский дом, можно только мечтать, и очереди на каждое рабочее место немалые.
Пока Лиза озадаченно переваривала полученную информацию, та служанка, что постарше, пискнула, мол, пойдет узнает, когда швеи начнут работать, если госпожа не против.
Та девушка, что помладше, примерно лет четырнадцати-пятнадцати, завистливо посмотрела в спину сбежавшей напарницы, но осталась переминаться с ноги на ногу.
– Иди принеси мне завтрак, – сжалилась над ней Лизой.
И над собой, голова уже гудела.
К тому же ей самой нужно осознать, в какой неудобный мир она попала. Как же она будет жить, когда сбежит? Как зарабатывать?
Наказала только обрадовавшейся служанке непременно принести горячий травяной отвар, воду для которого обязательно нужно вначале хорошенько вскипятить, а не просто подогреть.
Служанка сбежала, а девушка вышла в гостиную. Здесь остался только мальчишка-подросток, который возился с чем-то на лавке под окнами. А еще, к счастью, на столе осталась посуда с едой, блюдо с фруктами уж точно.
Подойдя к столу и отщипнув пару виноградин, надеясь, что он мытый, Лиза повернулась к замершему мальчишке и спросила:
– Кто ты и как тебя зовут?
Пора переходить к изучению ближайшего окружения.
Запинающийся паренек отчитался, что он оруженосец барона Такари, зовут Вальин и сейчас занят починкой одежды господина.
– Ты чинишь одежду? – удивилась Лиза, аккуратно сплевывая в кулак косточки, которых в винограде оказалось слишком много. – Почему не служанки? То есть почему шьют не женщины, а мальчик?
Покрасневший Вальин развернул худые плечи и уже более уверенным тоном выдал, что он не мальчик, а мужчина, и Лиза вновь скрыла за кулаком свою улыбку.
