Вечерний город дрожал от ожидания королевской свадьбы. Елизавета Воронцова стояла между женихом и толпой влюбленных глаз, пытаясь выглядеть уверенной в себе хотя бы снаружи. Но усталость и непривычное положение подтачивали ее дух, оставляя лишь слабый кусочек уверенности в том, что она все еще может быть самой обычной бедной попаданкой из глубин своего мира....
И как узнать, действительно ли она уже была с мужчиной? Она сказала, что знает, что происходит между мужчиной и женщиной, но правда ли это? Почему она тогда отводила взгляд от его тела, которое, в отличие от его лица, как раз притягательно для женских глаз? Почему смущалась его обнажения, будто неискушённая девица? Но при этом совершенно не смущалась выйти простоволосая и в одном нижнем, облегающим фигуру платье к мужчинам?
Интересно, какие порядки в ее мире приняты между мужчинами и женщинами? Но и не спросишь же такое открыто.
Драр осторожно, стараясь не разбудить, переложил девушку повыше, на свои подушки. Укрыл другим краем теплого покрывала, чтобы она скорее согрелась. В спальне действительно было прохладно, несмотря на теплый весенний день за окном. Мужчина подошел к камину, чтобы разворошить едва тлеющие угли и подложить еще дров. Конечно, он бы предпочел согреть эту красивую иномирянку сам, своим телом, как и положено мужу, но пугать ее еще больше не хочется.
Почему-то вспомнилось, как пересказывала она на свадьбе иномирную балладу об одинокой птице. Вначале он тогда подумал, что это издевательский намек на него. Он одинок, остался совсем один – ни семьи, ни рода. И хотя он силен и всегда старался быть лучшим в своем деле, то он вызывает у нее только жалость? Своим уродством? Она намекала, что не найдется безумной, которая влюбится в такую птицу?
Но сейчас, глядя на ее осунувшееся лицо, Драр осознал, что баллада могла быть и о ней самой.
И тот безумец в песни – это намек на него? Что он не отважится подняться за ней? Куда? В ее воспоминания о другом мире? Это разобьет их, или о каких рисках она потом говорила?
Запутавшись в догадках, мужчина отмахнулся от пустопорожних мыслей.
Оглянувшись еще раз на спящую девушку, Драр бесшумно вышел из спальни, плотно прикрыл за собой дверь.
– Леди Такари не беспокоить! – буркнул он на подвернувшуюся служанку, которая опять притащилась в его комнаты.
