Возвращение к теме паразитов в реальной жизни: помимо сканирующих червей и лямблий, главный герой вынужден сталкиваться с новым видом — риелторами. В мире бизнеса он обнаруживает новые виды «нечисти», готовясь к продолжению борьбы в этой опасной специальности.
"
"— Конечно, скорее коматозник под аппаратурой, который изредка подает признаки жизни. А тут смотри, сто тридцать лошадей, дизель, движок три литра. И даже на расходники тратиться не надо. Сел и поехал.
— Чего же он сам такую красоту продает? — пытался я найти хоть какой-нибудь подвох.
— Потому что все зло из-за кого?
— Из-за америкосов, инопланетян и нечисти?
Судя по дрожанию портсигара в кармане, Григорий был согласен с каждым пунктом.
— Из-за баб. Вот Антоха, нормальный мужик, а его жена ему мозг выносит.
— Очень даже.
Я еле сдержался, чтобы не улыбнуться. Ну да, так всегда. В чужом глазу соломинку видишь, в своем бревно не замечаешь.
— Короче, ей эти покатушки Антохины вообще не нравятся. Мол, с детьми время не проводишь, вечно пропадаешь где-то. Вот он примерно раз в полгода психует, ругается с женой и продает «Прадик». Правда, довольно быстро остывает. Но тут говорю же, ты попал в нужное время.
Мне стало как-то не по себе. Получается, я вроде как мужика его отдушины лишаю.
С другой стороны, я же никого не заставляю. Даже хист не использовал.
— Вон, идет, — махнул Костян мужику, который вышел из подъезда.
Антоха, хотя при взгляде на него хотелось сказать Антон и добавить Какойтович, смотрелся внушительно. Килограмм на сто двадцать, если не больше. С животиком животиком и огроменными ручищами. И смотрел на меня мужик взглядом доброго людоеда. Который тебя несомненно съест, то ему будет очень жалко.
— Антоха, — представился он.
— Матвей.
— Тебе зачем такая?
— Я тут в лесничество устроился. А там машина нужна проходимая, вроде твоей.
Костян посмотрел на меня с явным уважением. Да и я сам понял, что соврал более, чем убедительно. Я вообще в последнее время прокачал навык лжи. Хотя не скажу, что сильно этим гордился.
— Ну если на благое дело, тогда даже лучше, — удовлетворил Антоху мой ответ. — Проедешься?
Как тут было отказаться?
После моей девятки и тем более матиза, девяностый «Прадик» напоминал огромную трехкомнатную квартиру после студенческой общаги.
— Да ты не жалей его, это же Зверь, — объяснял мне Антоха. — Ему иногда надо дать просраться.
Я нажал на газ. Мотор взревел, сзади показался сноп черного дыма, а машина рванула, словно только того и ждала. У меня даже дыхание перехватило. Вот это мощь!
— Круто⁈ — улыбнулся Антоха.
— Круто, — еле слышно выдохнул я.
