Матвей Зорин — рубежник, способный видеть нечисть, которая остается невидима для обычных людей. В его доме обитает бес, с чертями он знаком, а с лешим даже дружит. Теперь специалист по паранормальному вынужден решать все более опасные и сложные дела, связанные с миром потусторонних существ.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Бедовый 2. Специалист по нечисти» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Матвей Зорин — рубежник, способный видеть нечисть, которая остается невидима для обычных людей. В его доме обитает бес, с чертями он знаком, а с лешим даже дружит. Теперь специалист по паранормальному вынужден решать все более опасные и сложные дела, связанные с миром потусторонних существ.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Билик Прочее|Неотсортированное подборки серии
Матвей Зорин — рубежник, способный видеть нечисть, которая остается невидима для обычных людей. В его доме обитает бес, с чертями он знаком, а с лешим даже дружит. Теперь специалист по паранормальному вынужден решать все более опасные и сложные дела, связанные с миром потусторонних существ.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вот тогда тоже возникло чувство, что все происходит «по беспределу», как выразился злыдень. Правильно говорят, что и у дураков можно чему-то поучиться.
Подытоживая, убивать злыдня было не за что. Он действительно «в своем праве». Я же не революционер, который объявит войну всей нечисти. Так уж повелось — большая часть нечисти вредит чужанам. Прогнать ее — это запросто. Потому что я рубежник. Потому что я сильный. Главное, не рассказывать демократам и людям, ценящим свободу личности, что так можно. Хотя едва ли нечисть попадает под термин — гуманизм.
— Короче, слушай сюда. Ты в страхе теряешься так, чтобы я больше тебя не встречал. Если сделаешь, как я скажу, останешься жив. Если нет…
Я красноречиво провел ножом себе по щеке, будто брился. Блин, всегда мечтал сделать так, почти как в боевике. Задвинул важную телегу и круто себя повел.
— Типа договорились, — недолго думал злыдень.
— Ох, щас будет сложно. Но ты должен все повторить, а потом мы пожмем руки. Кивни, если понял… Замечательно. Теперь повторяй, я клянусь не причинять вреда рубежнику, с кем заключаю договор и чужанину по имени Федор Васильевич…
Клятва вышла недолгой. Что не помешало нечисти восемь раз сбиться и запороть ее. Видимо, объем оперативной памяти у мозга злыдня был как на калькуляторе, если не меньше.
Вообще, он напоминал мне по повадкам зомби. Тех самых, о которых снимают сериалы и выпускают комиксы. У них после «возрождения» остаются лишь базовые потребности в виде «А у нас будет что-то типа обеда?». Вот и у злыдня оказалось нечто похожее. Он, наверное, сам не понимал, что вредит человеку, у которого живет.
Ведь если подумать, эта нечисть нередко доводила чужанина до нищеты. И что потом? Ей приходилось искать новое пристанище. Любой паразит скажет вам, что смерть того, благодаря кому питаешься — это невероятно глупо. Злыдень подобными вопросами даже не задавался.
На девятый раз нам все-таки удалось разобраться со сложными словами в русском языке. Правильно, девять — оно же магическое число. Наверное.
После чего я перекинул нож в левую руку, готовый к любым подлостям. И пожал злыдню его крохотную ладошку. Всю грязную и измазанную в саже. Вот на что нечисть была тупая, но та тоже ожидала подвоха. Потому когда наш озвученный договор оказался скреплен ручканьем, сутулый человечек облегченно выдохнул.
А как иначе? Ведь я тоже пообещал не трогать его, если злыдень исполнит свою часть сделки. Честь по чести.
— Рубежник, это типа… выпускай.
— Ты так не торопись. Деньги верни сначала."
"Нечисть заскрипела зубами. Да уж, жадный он сверх меры. И как бы морально тяжело ему сейчас не было, но две пятитысячные и серебряную монету пришлось выложить. Ты ж моя зайка.
Я нащупал невидимую нить, ведущую к печати.
