После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
Раздел Chitat.online для книги «Бедовый 3. Княжий человек» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
перейти к чтению Дмитрий Билик Самиздат подборки книг книжные серии
Похоже, «Бедовый 3. Княжий человек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты только глаза-то притуши чуток, а то того и гляди обои подожжешь.
— Глаза? — не сразу понял я.
— Они самые. Вон, светятся, как два прожектора.
Я, кстати, никогда не думал, как выгляжу во время использования хиста. Выходило, что довольно красочно. Почти как супергерой с рентгеновским зрением. Хотя интересовало сейчас совершенно другое.
— Кто вы, Федор Васильевич? Это вообще ваше настоящее имя?
— Родители нарекли другим, если ты об этом. Но это было так давно, что я его почти не помню. Здесь стал Федором, к этому имени и привык. Почитай, сколько лет-то в этом мире.
Сосед встал, без всякого стеснения налив себе еще чая. Вообще, он выглядел как самый обычный человек. Будто ничего особенного сейчас и не произошло.
— Сколько? — спросил я.
На мгновение даже показалось, что Василич и правда считает. По крайней мере, он возвел глаза к потолку, словно там был ответ. Вычислял, наверное. Но как кокетка в возрасте решил не озвучивать число.
— Много. Аккурат после Большой Войны сюда перешел. Выборг отстраивал, потом работал, служил, снова работал, снова служил. Переезжал много. Понимаешь, я сначала почти не менялся. Природа такая, стареем мы медленно. А на это не обращают внимание лишь первое время. Когда же у тебя на лице за двадцать лет пара морщинок появляется, это наводит на подозрения. Особенно почему-то женщины за этим пригляд ведут. Завидуют, может.
— Замечательно, а когда вы говорите «мы» — это кто?
— Правцы, если на ваш язык переводить. Да ты не волнуйся, нас-то и не осталось почти. А те, кто выжили, теперь там…
— На Изнанке?
— На Изнанке.
Васильич кивнул, но мое замечание его почему-то развеселило.
— Что не так? — сразу спросил я.
— Раньше по-другому все называлось. Изнанка звалась Навью, этот мир Явью, а мой дом Правью. Это опять же, если на вашем языке.
— Так, погодите, я в этом шарю. Явь — земной мир, Навь — мир мертвых, Правь — богов. Правда, я думал, что это все придумано.
— Как видишь, не придумано. Только Навь никакой не мертвый мир, скорее сумрачный. Там свои законы и порядки. Но мир как мир. По поводу Яви тут добавить нечего. Вот только раньше, в земном мире ни рубежников, ни нечисти не было. А вот Правь…
Васильич замолчал, будто подыскивая слова.
— Горнило миров, содержащий в себе могучую силу. Средоточие. Его называют обителью богов, хотя и люди там жили. Взять меня к примеру. Правда, и богов, и нечисти хватало. Даже с избытком.
