Утро взбирается на чердак моей спальни, окна вваливаются жаркими лучами и согревают босые ноги Натальи. Она лежит неподвижно, как моль на гладком стекле, обнаженная, словно позаимствовавшая из альпийской сказки идею бытия. Я тихо зову ее своим именем, но она лишь шевелится в ответ — рот коснулся её рта, приглашающе....
Похоже, «Бедовый 3. Княжий человек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Здоровяк неодобрительно покачал головой и сотворил над собой огромный магический кругляш, который тут же напитал всех остальных силой. Сделал сильнее, быстрее и более ловкими. А затем махнул рукой в сторону леса, и они медленно побрели дальше. И впереди шагал тот самый коротышка, который «колдовал» над тряпкой. Точнее, теперь он бережно держал ее перед собой и время от времени судорожно вдыхал запах.
Ася, та самая женщина, которая обычно общалась односложными фразами, оказалась права. Потому что тот, на которого была объявлена охота, сейчас следил за последними.
Он чувствовал себя не птицей — редким зверем, на которого объявили охоту. Потому зло скалился, когда разглядывал проходящих по пролеску людей глазами укрывшихся в тени листьев друзей. Женщина правильно говорила — они знали, на кого охотятся. Вот только это едва ли им поможет.
Пентти не испытывал разочарования, что вчерашние ратники и случайные рубежники, решили поживиться за его счет. Он бы как раз удивился, если бы никто этого не сделал.
Он бы мог напасть на них прямо здесь, будь чуть сильнее. Пентти специально укрылся в этих местах, среди бесконечных болот. Тут у лешего, которого он изрядно потрепал, не было власти. А второй встречи с нечистью в его владениях Врановой мог не пережить.
Очень много промысла ушло, чтобы залатать раны после ножа захожего. Наверное даже больше сил, чем восстановиться после лешего. Хорошо, что бил мальчишка (а для Пентти он был именно мальчишка) не умеючи и в состоянии, близком к истерике. Потому и не повредил жизненно важные органы. А разорванное мясо зарастет, как зарастало всегда. К этому Пентти давно привык. Каждый рубежник, который живет долго, обрастает шрамами, как морщинами.
Все, что теперь оставалось Врановому — следовать за своими обидчиками. И сделать так, чтобы рубежники оставили саму мысль попытаться его выследить.
Он не оборачивался вороном, экономя силы, а следовал за ними на значительном расстоянии. Рубежники были уверены в собственной силе, однако не понимали, что уже давно превратились из охотников в добычу.
— Странно, — вдруг остановился Компас, который шагал вперед на незначительном отдалении.
