Главный герой Мотя снова попадает в беду из-за своей доброты. На этот раз ему предстоит помешать Рехону убить отца и разрушить Выборг, а заодно попытаться открыть загадочный ларь. Новое приключение грозит стать самым опасным испытанием в жизни нашего героя.
Раздел Chitat.online для книги «Бедовый 9. Царь царей» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Главный герой Мотя снова попадает в беду из-за своей доброты. На этот раз ему предстоит помешать Рехону убить отца и разрушить Выборг, а заодно попытаться открыть загадочный ларь. Новое приключение грозит стать самым опасным испытанием в жизни нашего героя.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Главный герой Мотя снова попадает в беду из-за своей доброты. На этот раз ему предстоит помешать Рехону убить отца и разрушить Выборг, а заодно попытаться открыть загадочный ларь. Новое приключение грозит стать самым опасным испытанием в жизни нашего героя.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Бедовый 9. Царь царей» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А вот кощей внизу негодовал. Более того, матерился. Словно бранными словами можно было чего-то добиться. А потом он резко вспомнил о хисте, который его буквально распирал изнутри.
Толстый, почти осязаемый сполох разорвал ночное небо, заставляя меня проворнее шевелить крыльями. За ним последовал второй, третий, четвертый. Оказалось, что быть птицей хорошо, только если с земли никто не палит в тебя из импровизированных зениток. Не жалея боеприпасов.
Я облетел окрестности, чуть снизившись, чтобы не представлять такую простую мишень. И даже подумал, что самым логичным было бы попросту сбежать. Ну, или как выразился бы Григорий: «отступить с целью перегруппировки». Вот только нельзя же бросить друзей. Ведь понятно же, на кого обрушится гнев кощея. Тогда что делать? Думай, Мотя, думай! Если мироздание в очередной раз дало тебе шанс, значит, и из этой передряги можно как-то выбраться.
Вырвавшийся из руки рубежника разноцветный резак пронесся совсем рядом и скосил ствол дерева. Страшнее, чем просто умереть, было бы погибнуть от лгбт-шной радуги. Я затерялся среди деревьев, делая полукруг, а за мной стонал и разваливался на части пролесок. Надо отвести эту мразоту подальше, в безопасное место. Где он не доберется до нечисти.
Внезапно рядом мелькнула крохотная тень. Такая махонькая, что только теперь я оценил масштабы своего собственного тела. Я был не просто большим вороном, а их негласным королем. Радиоактивным мутантом, выросшим на свалке. А малыш-грифон, который в обычном состоянии доставал мне уже по пояс, предстал каким-то воробышком.
Я улыбнулся, насколько это было вообще возможно. Живой. И летает. Значит, не все так плохо. К тому же, грифон — это не только пару десятков кило диетического мяса, два венца из перьев для вождей индейцев и удобрения за баней. Но еще и веселый напарник с очень полезным хистом.
Мое карканье стало для меня неприятным сюрпризом. Почему-то в голове сидело, что я все еще человек, а вот тело выдавало странные выкрутасы. Однако грифон все понял. Он довольно заклекотал, точно только ради этого момента родился и стал снижаться. А я, в свою очередь, вдруг понял его.
Мы приземлились среди обломков старого дома Васильича. Самое то. За ним уже заканчивались владения СНТ. Да и место было безлюдное. Лихо, бес и черт остались на дороге перед моим домом. Теперь здесь только мы с тверским кощеем. И мой маленький козырь.
Я с некоторой тоской глядел, как мое тело возвращается в прежнее состояние. Раз вкусив свободу, тяжело оставшуюся жизнь быть человеком. Но, видимо, придется.
— Что, налетался, сученыш⁈"
"Выглядел кощей уже не так помпезно, как раньше. Вспотевший, с красными пятнами на лице, да еще с перекошенной от злобы физиономией. От былой красоты и стати не осталось и следа.
