В темном лесу жуткие события начинаются: Даниил выглядывает из окна, старичок тревожно зовет его на помощь. Черноволосый мужчина отдает волю, скидывая плащ и убегая. Женщина предупреждает о серьезных последствиях убийства старухи. В воздухе повисает необъяснимый мрак, пронизывающий все вокруг....
Вроде как должен меня «посадить». Но не хочет."
"Подобная догадка воодушевила. Значит, не все еще потеряно и есть шанс выбраться отсюда живым. Надо только понять, как повернуть разговор в нужном направлении. Думай, Мотя, думай. Примени хоть раз свою светлую голову по назначению.
— Садись-ка, паря, а то гляжу еле на ногах стоишь, — сказал мужичок.
Сам он скрипнул сапогами, устраиваясь на поваленном дереве. Я мог поклясться, что миг назад его тут не было. Однако не подал вида, что вовсе не удивлен. Всего лишь стихийная магия во всех ее проявлениях.
— Думаешь, не жалко мне мальчонку было? — сорвал леший травинку и стал ее нервно грызть. — Жалко. Только говорю же, потребности есть у лешухи. Хотела она материнство свое нерастраченное выплеснуть. Да и виноват я перед ней.
Леший замолчал, угрюмо уставившись себе под ноги. А я ободряюще положил ему руку на плечо. И только потом, с запозданием понял, что сделал.
У меня так много в жизни происходило.
Вот и сейчас — перед тобой сидит могучая нечисть, которая крепко держит твои тестикулы, а ты ему руку на плечо утешающе кладешь. Понятно, чтобы ободрить. Как любой человек бы сделал. Хотел приобордрить, да только кто так с лешим делает? Надо же и берега видеть!
Я подождал пару секунд, за которые ничего не произошло, а после легонько убрал руку. Вроде прокатило.
— По моему недосмотру ее убили, — продолжал батюшко. — Я в ту пору молодым был, только лес начинал чувствовать. Да и время выпало сложное. У чужан страсть что творилось — брат на брата шел, отец на сына. Война, в общем. Ну да они это дело любят. Их же хлебом не корми, дай повоевать.
Я слушал, торопливо сводя одно с другим. Брат на брата — это гражданская война. Да, староват леший. Хотя, как я понял из разговоров с Григорием, для нечисти и рубежников понятие «старость» немного другое, чем у чужан.
— А когда лес рубят, на щепки не смотрят. Вот и завел обманом один лиходей в чащу Марфушу.
— Марфушу?
— Так ее прежде звали. Лешухи, как только после смерти перерождаются, так какое-то время как люди думают, чувствуют, а уж потом… В общем, завел он обманом, снасильничал, да убил. А я растерялся. Представляешь, паря, растерялся. Людей прежде видел, но с такой жестокостью не сталкивался.
