В темном лесу жуткие события начинаются: Даниил выглядывает из окна, старичок тревожно зовет его на помощь. Черноволосый мужчина отдает волю, скидывая плащ и убегая. Женщина предупреждает о серьезных последствиях убийства старухи. В воздухе повисает необъяснимый мрак, пронизывающий все вокруг....
Так и быть, я тебя покормлю по дороге.
И выскочил за дверь.
— Григорий, иди ко мне.
— Иду, — угрюмо показался в коридоре бес. Видимо, он бы и рад свинтить, но не мог не повиноваться.
— Это что такое? — указал я на смартфон.
— Телефон, — ответил он. — Удобная штука. Раньше-то рубежники каменные дощечки использовали. Зачаровывали их между собой, один что напишет, у другого это появляется. Тот прочитает, сотрет, сам напишет. Но телефон удобнее, конечно.
— Какого беса… в смысле, черта, он делает в крупе?
— Так звонил и звонил, спасу никакого нет.
Наверное, мой вид не внушал особого оптимизма. Потому что обычно уверенный в себе и своей правоте бес растерялся. Даже в глаза старался не смотреть.
— Запомни и заруби себе на носу, чтобы мои вещи не брал!
— Было бы сказано, а забыть успеем.
— Неправильный ответ.
— Да понял я все, хозяин.
Я пошел умываться, пытаясь взбодриться контрастным душем. Григорий тем временем все крутился возле двери. В самом деле, как какой-то виноватый кот.
— Ты как умудрился всю бутылку коньяка выдуть? — спросил я.
— Так я же еще и работал ночью. Туда сбегаю, обратно вернусь. Махну рюмочку. У меня же стресс. Ко всему прочему, я бес, куда нам без этого?
Хорошая отговорка на все случаи жизни — я бес. Жалко, что мне так нельзя.
С водными процедурами я закончил довольно быстро. Накинул одежду похуже, когда монтажишь — много всякой херни летит и выскочил на улицу.
Цель в виде коричневого Дастера была впереди, но путь мне преградила старая знакомая.
— Матвей, здравствуй.
— Здрасьте, Анжелика Никифоровна.
— Ты Леопольда не видел, сегодня?
Я помотал головой.
— Представляешь, пропал. Вырвал у меня поводок и убежал. Будто бес в него вселился. Да ты помнишь. Вчера было. Он мальчик умный, иногда побегает, возвращается, а теперь словно сгинул. И предчувствие у меня плохое. Всю ночь грудь давило, вздохнуть не могла.
Допустим, по поводу давления в груди — есть у меня более подходящее объяснение. Надо будет с Григорием поговорить на тему, к кому можно шастать, чтобы хист подпитывать, к кому нет.
"Наскоро попрощавшись и пообещав, что все будет супергуд, я сел в Дастер. А сам мельком наблюдал за тремя воронами на ближайшем дереве. И даже потрогал кулон на груди. Работает? Непонятно, вот только птицы не последовали за нами, когда мы выехали со двора.
