В темных подземельях и таинственных порталах мы бежали вместе с сестрой от преследования мужчины. Я использовала свой дар в защиту, создавая невидимость и призывая магические звуки, чтобы заманить за собой убегающую из пыток деспотическую женщину. Сюда же мы приходили за единомышленниками — ведьмочками, скрывающимися от жестокости в глубинах подземелья....
Поцелует или уйдет? Почему именно от внимания этого сурового мужчины у меня теплеет в животе? Хотя, он вовсе не всегда бывает суров.
Все же, поцелует.
Он разворачивается и медленно, не сводя с меня темного взгляда, подходит. Наклонившись ко мне, замирает. Губы мои сами расплываются в легкой улыбке. Могу поспорить, он удивлен. И что-то меняется в его взгляде, словно туда кто-то искорок подсыпал.
Медленно поцеловав меня, выпил мой прерывистый вздох.
И вышел. А я осталась одна в гулкой тишине. Но в его постели. Глаза закрылись сами собой и я провалилась в тихий сон.
***— И что ты скажешь? — спросил Урлас.
Довольное выражение все еще не сошло с его лица, что почему-то очень раздражало Олиха.
Что-то уж больно по-хозяйски он обращается с его женщиной.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты что, не заметил? К утру она вновь была горяча и, кстати, наполнена магией.
— Ты знаешь кого-либо, кто в постели с нами остался бы холодным?
— Олих, ты не хочешь этого видеть или притворяешься? С ней явно вчера что-то произошло.
— Урлас, это моя женщина. МОЯ. И я не буду отчитываться перед тобой и тебе советую не особенно на ней зацикливаться."
"Олих обошел стороной брата и широким шагом отправился к покоям сестренки, оставив изумленного резким ответом Урласа позади. Сегодня им с Кейденом предстояло познакомить Ирис с отцом. И Олиху почему-то показалось, что для девочки будет очень важно их с братом присутствие.
Урлас же, проводив взглядом Олиха, решил все же расспросить Велму о том, что могло с ней произойти накануне.
Кейден уже находился в покоях сестры и, развалившись в одном из мягких кресел, с интересом наблюдал, как озабоченно носятся служанки. То и дело хлопают двери, ведущие в спальню юной принцессы.
— Что здесь происходит? — удивился Олих, входя в ее покои.
— Присаживайся, брат. Думаю, она еще не скоро соберется. Тут уже четвертый наряд понесли. Девчонка оказалась на редкость капризна.
Он явно наслаждался ситуацией. Терпения же Олиха хватило лишь на несколько минут. Когда пробежала в спальню очередная раскрасневшаяся служанка, он решительно направился следом.
— Какого черта вы здесь копаетесь? — ровным тоном спросил он.
Девочка стояла у окна, наставив перевернутый стул на служанку, пытавшуюся приблизиться к ней со щипцами для завивки.
— Господин. Принцесса отказывается завивать волосы.
— И надевать платье, — подхватила другая служанка.
