Женщина экономит деньги на жизнь в непростой ситуации, вынужденная тянуть хозяйство одnomяком. Она нагло смотрится на тротуаре, жестокая и голодная. Обескровливает свои сбережения, чтобы иметь минимальное качество продуктов, пока соседи не станут донимать ее обвинениями в том, что она экономит на еде. Женщина вынуждена сама решить, как будет жить дальше....
Да и смотрела она на меня как-то странно. Но, может, возмутилась, что столь недостойные особы, как мы с Эриком, оказались с ней на одной территории?
— Мам, я устал, — шепчет Эрик. А потом добавляет, — но, чтобы ты не грустила, готов потерпеть.
А я понимаю, что арендовать более менее приличную квартиру в этом большом и дорогом городе нам не по карману. Я спущу все деньги в первые же пару дней, и запаса времени у меня нет. Придется рискнуть и пойти в замок.
9
Скрепя сердце даю извозчику две медные монетки. На душе тревожно, так как я не уверена, что меня возьмут на работу.
У меня очень небольшой запас денег, оставшийся с удачной выручки. Вероятно, я не смогу купить ароматические масла, но если подумать, это не так важно. Сделаю обычные свечи из воска, который таскаю в корзинке.
Скорее всего, выручу немного, но на хлеб хватит, а накопления придется отдать за самое дешевое жилье. Хватит на несколько дней, пока я найду работу.
Выспрашиваю у извозчика, как нам вернуться в город.
— Дойдёте до деревни. Она тут в двух шагах, а там кто-нибудь да согласится подвести вас.
Да, я запомнила эту деревню.
Эрик выжидающе глядит на меня. Вырванный из обычного уклада жизни, он устал, а я смотрю на него в ответ и сжимаю зубы. Понимаю, что не имею права на ошибку.
— Мам, может не надо нам в этот замок? — спрашивает Эрик, когда отъезжает извозчик. — Я тоже могу работать. Я взрослый.
— Тебе рано, — качаю я головой. — А мы пока просто посмотрим на замок, если нас там будут обижать, то уйдем.
Оглядываю кованый забор и распахнутые ворота. Вдаль убегает тропка, заросшая сорняками. Замок мне тоже удается разглядеть, поскольку он стоит на возвышении.
Старинный такой замок с башенками и остроконечными крышами.
— Пойдем?
Эрик поправляет на плече сумку и мы вступаем на территорию замка Кохэм.
— Я могу работать в поле, а еще грузчиком, или бегать по поручениям, — фантазирует Эрик. — Мам, а ты видела, как мальчишки разносят газеты? Наверное, это очень весело.
— Немного подрасти сначала.
— Я взрослый!
Все чаще слышу от Эрика эту присказку. Сын резко изменился за год. А я продолжаю его опекать словно наседка, но здравый смысл нашептывает — мальчиков надо воспитывать как-то иначе. Особенно, иномирных мальчиков. Драконов.
Я понятия не имею, как драконистость проявится в Эрике.
Вот он идет и носком башмака пинает камешки. Сорвал травинку и засунул в рот — подражает подросткам.
