По тропинке заброшенного шоссе прохладный вечер стучал по стеклам автобуса. Кресла были непривычно пустыми, и только рука женщины с коляской выделялась на фоне остальных пассажиров — чужаки в мире тех, кто знал все друг о друге.
Наконец, машина тронулась с места и беспрепятственно выехала с территории. Саша облегченно выдохнул. Теперь, когда его женщине ничего не угрожало, мог дать достойный отпор сопернику.
— Ты оглох? — Паша в несколько шагов сократил расстояние и остановился перед ним. — Я спрашиваю, где моя жена? — чеканя каждое слово, повторил он. Все его сдерживаемые эмоции отчетливо слышались в каждой интонации. Каждый вдох был пропитан бешенством, но он еще пытался контролировать себя.
— Ее здесь нет, — холодно ответил Саша и, развернувшись к противнику лицом, скрестил руки на груди, демонстрируя абсолютное спокойствие.
— Я заметил, — усмехнулся Павел. — А где она?
— Я забрал ее себе. — Саша смотрел прямо в глаза, прожигая насквозь лютой ненавистью. Руки так и чесались начистить ему физиономию, но пачкаться не хотелось. Он понимал, что разборки неизбежны, Павел слишком слаб, чтобы вести конструктивный диалог, и непременно станет демонстрировать физическую силу, но не боялся.
— Это шутка? — криво усмехнулся Паша и вновь стал совершенно серьезным. — Не смешная. Приведи Татьяну сюда немедленно.
— Нет, — коротко и ясно Саша поставил точку в их споре.
— По-хорошему не понимаешь? — Павел не выдержал первым. Сделал шаг вперед и схватил его за грудки. — Объясню по-плохому, — встряхнул, как тряпичную куклу, и замахнулся для удара.
Саша ловко увернулся и с силой оттолкнул его от себя. Не ожидая отпора, Паша невольно отошел назад и покачнулся, но на ногах устоял.
— Это моя женщина, и я никому не позволю забрать ее, — объяснил понятнее, четко обозначая свою позицию. Скрываться дальше не имело смысла, и Саша решил открыть карты. Не надеялся на понимание, но и врать и изворачиваться не видел смысла. Выбор сделан, и назад дороги уже все равно нет.
— Ты что-то путаешь.
— Ты больше не имеешь на нее никаких прав, — бесцеремонно перебил Саша и двинулся на него. — Ты потерял свои права в ту ночь, как она вошла в мой дом в поисках защиты с маленьким ребенком на руках. — Павел непонимающе нахмурился. — Неужели ты наивно полагал, что можешь насильно увезти женщину из моего дома и я за ней не приду?
— Не может быть, — хрипло прошептал Паша и взволнованно зарылся пятерней в волосы.
