Мия улыбнулась дрожащим от солнца щекам и снова заглянула через плечо в зеркальце стекла. Вокруг шумела летняя духота, словно тысячи птиц, не смеяшихся долететь до омутов лужиных ямых. Мия ощутила, как вокруг растает её утомление, заменяясь тревожной возбуждённостью под самыми нежными лучами зари. В «Айс» она собиралась — не в качестве посетительницы, а в роли ведущей эксперимента, который может сломать все её предположения о мире и себе....
— Либо позовут к себе — отметил Вэлинг ехидно.
В груди всколыхнулась ярость. Но я знала, что он прав. Не убьют, так поставят в то же зависимое положение, в котором я нахожусь сейчас. И стражи разговаривают мягче, чем могли бы демоны.
— Но ведь возможно скрыть мою энергию? Нарисовать алхимический круг, например? Что угодно!
— Алхимии не существует, — густые брови отца сошлись на переносице, он обернулся к коллегам, потому я не видела выражения его лица.
— Ага, как же. И жнецов тоже нет, а архонты — выдумка.
— Откуда ты… — Уитхем резко замолк.
Да и я готова была ударить себя по губам за глупость. Но внезапно вспыхнувшие знания обескуражили, выбивая из шаткого равновесия. Алхимики, жнецы, архонты — я уверена, что ничего не слышала о них до сегодняшнего дня.
Заткнись! Просто молчи, идиотка, — прошипел голос.
— Нет? А может что ещё? Заклинатели? А сами стражи могут закрыть мои силы? Наложить печати, — замогильным голосом завершила я свой экспромт.
— Интересовалась мифами? — усмехнулся Вэлинг. — Запечатать можно.
Молчи! — прокричала незнакомка, оглушая.
В порыве, я закусила язык, ощутив солоноватый привкус крови. Но промолчала. Хоть и знала, что Молох ни разу не главный. Демонами правят Высшие, самые сильные среди них.
— Молох? Я думала тот падший ангел. Как его? Из сериала. Люцифер?
Вэлинг ничего не ответил, поскучнев лицом. Но я видела, что он мне не поверил.
Глава 6
Мужчины отошли в сторону, принявшись тихо переговариваться.
— Веди себя сдержанно.
— Нормально я себя веду. Нас привели невесть куда, а теперь запугивают, — упрямо встретила строгий взгляд матери. — И вообще, почему ты молчала? Ты знала о стражах и демонах, — произнесла обвиняюще.
Вдруг поняла, что ощущаю обиду на мать из-за то, что она скрывала от меня правду о мире."
"— Я не вникала, дочка, — мама устало отвела каштановые кудри от лица.
— И отец страж. Как ты могла молчать?
— Ты предпочитала слышать о нём как можно меньше, — ожесточённо напомнила она.
Первое время она ещё пыталась выступить примиряющей стороной, когда их отношения выровнялись. Но потом поняла, что в отношении отца я буду непримирима.
