Мия улыбнулась дрожащим от солнца щекам и снова заглянула через плечо в зеркальце стекла. Вокруг шумела летняя духота, словно тысячи птиц, не смеяшихся долететь до омутов лужиных ямых. Мия ощутила, как вокруг растает её утомление, заменяясь тревожной возбуждённостью под самыми нежными лучами зари. В «Айс» она собиралась — не в качестве посетительницы, а в роли ведущей эксперимента, который может сломать все её предположения о мире и себе....
— Прими как данность, что, вернувшись домой, ты подвергнешь родных опасности. Среди стражей ты будешь в безопасности. У тебя нет выбора, Натали, признай это.
— Не собираюсь я ничего признавать, — учащенно дышала, впервые за долгие годы ощущая подступающие слёзы.
Моя идеальная жизнь рушилась на глазах, а я не могла ничего сделать.
— Он прав, милая, — прошептала мама, обхватив обеими руками моё запястье.
— Меня заберут из дома, разве ты не понимаешь?
— Это ты не понимаешь. Твоей жизни угрожает опасность. Только здесь ты будешь в безопасности.
Китти подорвалась с места, повисла на мне, обвив шею руками.
— Неужели нет другого выхода? — воскликнула она сквозь рыдания.
— Нет, — сурово ответил отец, а плач сестры стал громче.
Я обняла её, глядя перед собой немигающим взглядом. Стражи не оставили мне выбора. Неизвестно есть ли для меня другие варианты, но их и не собираются озвучивать. Стражи опасаются меня, видят во мне угрозу, но и уничтожать не собираются. Будут наблюдать до поры до времени, но ведь и не обещают, что мне не угрожает опасность.
Нас загнали в ловушку, — процедила незнакомка, заметавшись в дальнем уголке моего подсознания.
От неё волнами исходила ненависть. Такая жгучая, что передавалась и мне.
— Если я останусь в академии, вы обещаете, что мне ничего не угрожает? — даже не взглянула на отца.
Понимала, что он не отвечает за всю организацию. Но сейчас была рада даже лжи.
— Если ты будешь подчиняться.
— Она будет, — сразу же ответила мама.
И я даже обрадовалась, что за меня произнесли эту унизительную фразу.
— Будешь, Натали? — требовательно спросил отец, сверля меня взглядом карих глаз.
— Мама уже ответила.
— Натали… — начал было он, но его прервал стук в дверь.
— Кажется, Тейлор, — пробормотал Уитхем. — Войдите! — уже громко произнёс.
В комнату прошёл мужчина средних лет. Спокойный взгляд голубых глаз сразу обратился ко мне, оценивая, но в нём не было неприязни. Он также предстал в чёрной форме стражей, но на вороте обозначилась нашивка белого цвета.
— Добрый вечер, — поздоровался он, приложив кулак к плечу в знак приветствия старших по званию."
"Потом же подошёл ко мне. На его губах обозначилась располагающая улыбка. И я просто не смогла не улыбнуться в ответ. Мужчина производил приятное впечатление. От него веяло теплом и умиротворением.
— Меня зовут Джон Тейлор. Я — директор Западной академии стражей, — он протянул мне руку, которую я без колебаний пожала.
