Мия улыбнулась дрожащим от солнца щекам и снова заглянула через плечо в зеркальце стекла. Вокруг шумела летняя духота, словно тысячи птиц, не смеяшихся долететь до омутов лужиных ямых. Мия ощутила, как вокруг растает её утомление, заменяясь тревожной возбуждённостью под самыми нежными лучами зари. В «Айс» она собиралась — не в качестве посетительницы, а в роли ведущей эксперимента, который может сломать все её предположения о мире и себе....
— Поверить не могу, что скоро твоя свадьба, — белокурая девушка принялась плести венок.
— Быстрее бы, — Лилит сидела рядом, наблюдая за подругой.
— Ты будто и не переживаешь вовсе. Ведь даже жениха не видела.
— Так решили мои родители, — передёрнула она точёными плечами. — Он богат и знатен, увезёт меня, сделает хозяйкой своего дома. Я буду свободна от родителей после свадьбы. О чём ещё мечтать?
— Я бы переживала, — не согласилась девушка. — И как же Месиус?
— Жаль, что я не отвечаю ему взаимностью, — Лилит словно не придала значения словам подруги.
— Любая бы пожелала сбежать с ним на край света.
— И что тогда нас ожидает? Нищета, голод и ложе в траве? — Лилит брезгливо наморщила носик.
Внезапно вокруг неё поднялась чёрная дымка, обволакивая тонкую фигуру. Цветы начали стремительно тлеть, превращаясь в пепел.
— Что это?! — в ужасе воскликнула Лилит, повалившись на землю.
Её подруга со криком подскочила на ноги и рванул прочь.
— Агора, помоги мне, — взмолилась девушка, но подруга лишь испуганно оглядывалась и убегала.
Чёрная дымка впитывалась, каждый раз вызывая приступы судорог, от которых Лилит громко кричала. Я подбежала к ней, потянулась ладонями к покрытому испариной лбу, но была не способна коснуться воспоминания. Лилит затихла, бледная, измученная и словно не дышала.
Пейзаж вдруг сменился. Я очутилась в комнате, освещённой неровным светом огня очага. Лилит металась в ложе из шкур и дорогих тканей. Кожа красавицы побледнела, её испещрили почерневшие вены, формируя ужасающий рисунок.
Лилит громко закричала, распахнув абсолютно чёрные глаза. Чернота побежала по коже, изменяя облик.
— Мама, папа, что со мной? — вопросила она, протягивая руку к стоящей в обнимку паре.
Женщина отвернулась, спрятав лицо на груди мужчины. А отец Лилит смотрел прямо. Его лицо не выражало ни единой эмоции.
— Я лекарь.
— Боль. Жар. И этот голос. Он постоянно требует, чтобы я ушла! — её глаза закатились, она закричала от нового приступа судорог.
— Она бредит, — отметил лекарь.
Внезапно Лилит вскинулась, вцепилась в запястье мужчины. Тот вскрикнул и через полминуты рухнул на пол без чувств.
Другой мужчина, кажется, священник, подбежал к нему, приложил ладонь к горлу.
