— Я должен тебе кое-что рассказать. Ты расследуешь ту церковь, да? Ту, где отец Аб?
— Боюсь, что я не обсуждаю открытые расследования, — сказал Страйк.
Саксон раздраженно пошевелился в кресле.
— Она скрыла кое-что, когда говорила с тобой. Она не сказала правды. В парня по имени Кевин кто-то стрелял, да?"
"Поскольку эта информация была общедоступной, Страйк не видел причин ее отрицать.
— Он пытался разоблачить церковь, да?
— Он был бывшим членом, — непринужденно сказал Страйк.
— Все верно, но Аб знает, что церковь его застрелила. Она знает, что церковь его убила. И она сама кого-то убила, когда была там! Она никогда не говорила тебе об этом, не так ли? Она мне угрожала. Она сказала, что я следующий!
На Страйка эти драматические заявления произвели не такое сильное впечатление, как, очевидно, хотелось бы Саксону. Тем не менее, он придвинул к себе блокнот.
— Может быть, начнем с самого начала?
Выражение лица Сакса стало несколько менее недовольным.
— Чем ты зарабатываешь на жизнь, Барри?
— Для чего ты хочешь это знать?
— Стандартный вопрос, — сказал Страйк, — но ты не обязан отвечать, если не хочешь.
— Я водитель метро. Как и Патрик, — добавил он, как бы желая подстраховаться.
— Как давно ты знаешь Эбигейл?
— Два года, так что я много чего знаю о ней.
— Познакомился с ней через Патрика, да?
— Да, мы с ней пили. Вокруг нее всегда ходят мужики, я скоро это обнаружил.
— И вы с ней впоследствии ходили куда-то вдвоем, наедине? — спросил Страйк.
— Она сказала тебе это, не так ли? — сказал Саксон, и трудно было сказать, был ли он более огорчен или польщен.
— Да, после того как ты подошел к нашему столику в пабе, — сказал Страйк.
— Что она сказала? Потому что она наверняка соврала.
— Только то, что вы с ней вместе выпивали.
— Это была не просто выписка, а гораздо больше. Она готова на все. Потом я понял, сколько у нее еще парней. Мне повезло, что я не попался, — сказал Саксон, слегка вздернув подбородок.
Знакомый с обычным мужским презрением к женщинам, которые наслаждаются авантюрной сексуальной жизнью, которая либо исключает, либо уже не включает их, Страйк продолжал задавать вопросы, предназначенные исключительно для того, чтобы оценить, насколько следует доверять любой информации, которую может предложить Саксон. У него было предчувствие, что ответ может оказаться нулевым.
— Так вы прекратили отношения, да?
— Да, я с этим смирился, — сказал Саксон, еще раз слегка вздернув подбородок, — но потом она взбесилась из-за того, что я ходил в спортзал и в “Форестер”, а потом заходил в ее квартиру к Патрику. Обвиняет меня в том, что я ее преследую. Не льсти себе, милая. Я много чего про нее знаю, — повторил Саксон.