— Так что она должна была бы, блядь, меня преследовать!
— Ты сказал, что она кого-то убила, находясь в церкви, — сказал Страйк, держа ручку наготове.
— Да… ну… это так, — сказал Саксон. Потому что, да, Патрик слышал, как ей снился кошмар, и она кричала “Режь поменьше, режь поменьше!” Он пошел и стал стучать в ее дверь — он сказал, что она издавала чертовски ужасные звуки — это после того, как она встретила тебя. Она сказала Патрику, что это подняло для нее тему, о которой вы говорили.
Страйк быстро пришел к выводу, что Эбигейл и ее воспитание вызывают у ее постояльца и его друга нездоровый интерес, почти что нездоровое увлечение. Вслух он сказал:
— Как она убила этого человека?
— Я тебе скажу. Она сказала Патрику, что на ферме был один паренек, знаешь, — Саксон постучал себя по виску, — немного глуповатый, и он сделал что-то не так, и его собирались выпороть. И вот она и эта пришлая девчонка, им стало его жалко, и они побежали за кнутом и стащили это.
И вот, когда ее мачеха не смогла его найти, она велела группе избить парня до полусмерти, и Эб присоединилась, пиная и ударяя его. После того как как мачеха решила, что с ребенка хватит, она сказала, что обыщет ферму в поисках кнута, и у того, кто его взял, будут неприятности. И вот Эб и ее подруга бегут на кухню, где они его спрятали, и пытаются разрезать его ножницами, когда приходит мачеха и находит их, а потом их самих бьют плетью.
В голосе Саксона прозвучал слабый оттенок сладострастного удовольствия.
— А простой парень умер, — заключил он.
— После избиения?
— Нет, — сказал Саксон, — несколько лет спустя, после того как она ушла с фермы. Но это была ее вина, она и остальные избивали его, потому она сказала Патрику, что он никогда не был в порядке после того, как они все выбили из него все дерьмо, что возможно, у него поврежден мозг или что-то в этом роде. Она увидела в газете, что он умер, и решила, что это из-за того, что они с ним сделали.
— Почему о его смерти написали в газете?
— Потому что он сам попал в плохую ситуацию, а он бы этого не сделал, если бы у него не было повреждений мозга, поэтому она его убила, вот так. Она сама так сказала. Била и пинала его. Она это сделала.
— Ее заставили это сделать, — поправил Саксона Страйк.
— Это все равно тяжкое преступлениеп, — сказал Саксон. — Она все равно это сделала.
— Она была ребенком или подростком в условиях жестокого обращения…
— Ах, верно, ты попался на удочку, да? — сказал Саксон с усмешкой. — Обвела тебя вокруг пальца? Ты никогда не видел, как она злится. Маленькая церковная девочка? У нее страшный, мать его, характер…
— Если бы это было преступлением, меня самого бы закрыли, — сказал Страйк. — Что она сказала о Кевине Пирбрайте?"
"— Ну, вот тут-то она мне и угрожала, — сказал Саксон, снова поднимаясь.