— Точно, — сказал Страйк, быстро соображая. — Похоже, что это экстремальная реакция на звонок, если это была просто девушка. Он когда-нибудь раньше пытался покончить с собой?
— Нет, жаль. Послушайте, — добавила она, понизив голос, — если вы хотите знать правду, я бы предпочла, чтобы он умер. Не буду же я всю оставшуюся жизнь оглядываться через плечо. Поняли?
— Понял, — сказал Страйк. — Спасибо, что уделили время.
Он посидел еще минуту, размышляя. Конечно, телефонный звонок от неизвестной женщины, выдававшей себя за жену Рини, мог не иметь никакого отношения к попытке самоубийства Рини; связь могла быть просто предположением приятеля Штыря.
Снова зазвонил мобильный телефон: рабочий номер.
— Привет, Пат.
— Привет, — сказала она. — Ты вернешься в офис сегодня днем?
— Скоро. У меня поздний обед в “Летающей лошади”. А что?
— Я хотела поговорить с тобой.
— О чем? — спросил Страйк, хмурясь и потирая воспаленные глаза.
— Ну, — сказала Пат, — не думаю, что тебе это понравится.
— В чем дело? — спросил Страйк, находясь на грани срыва."
"— Мне просто нужно тебе кое-что сказать.
— Ты можешь сказать мне, что такое? — спросил Страйк, шея которого была напряжена.
— Я лучше скажу это с глазу на глаз.
Зачем офис-менеджеру понадобилось личное общение, Страйк не мог вообразить. Однако он смутно представлял себе, что если бы он нанял специалиста по кадрам, то тот посоветовал бы ему уступить в просьбе и, возможно, не ругать Пат.
— Отлично, заходи в паб, я жду бургер, — сказал он.
— Хорошо. Буду через пять минут.
Офис-менеджер и бургер Страйка появились точно в одно и то же время. Пат заняла место, которое только что освободила Бижу, и беспокойство Страйка усилилось, потому что выражение обезьяньего лица Пат было испуганным, и она крепко сжимала на коленях свою сумочку, как бы защищаясь.
— Хочешь выпить? — спросил он.
— Нет, — сказала Пат.
Как ни хотелось ему чипсов, Страйк решил, что прежде чем есть, надо выслушать Пат.
— Давай, — сказал он. — Что случилось?
Пат сглотнула.
— Мне шестьдесят семь.
— Тебе что?
— Шестьдесят семь. Лет, — добавила она.
Страйк просто посмотрел на нее.
— Я солгала, — проворчала Пат. — В своем резюме.
— Да, — сказал Страйк. — Ты это сделала.
— Ну, мне пришлось. Никто не хочет никого в моем возрасте.
Страйк подозревал, что он может знать причину, по которой Пат внезапно призналась.
— Я уволена, не так ли? — сказала она.
— О Боже, не плачь, — сказал Страйк, видя, как дрожат ее губы: одной плаксивой женщины в день было достаточно. — Литтлджон это знает, я так понимаю?
— Откуда ты это знаешь? — вздохнула Пат.
— Он тебя шантажировал?
— Только сейчас, — сказала Пат, доставая из сумочки носовой платок и прижимая его к глазам. — Он сказал мне, что знает, сразу после того, как начал работать с нами.