— Салли очень хотела внучку, знаете ли. Мы в обеих семьях часто получаем мальчиков… но чтобы это случилось при таких обстоятельствах…
Страйк подождал, пока сэр Колин успокоится, и продолжил.
— Робин получила третью возможную зацепку: одна из сестер Кевина Пирбрайта.
Теперь Страйк рассказал историю неудачной попытки побега Эмили в Норвиче.
— Боюсь, это потребует дополнительных расходов, — сказал Страйк, — но я предлагаю направить одного из наших людей в Норвич, чтобы он попытался напрямую связаться с Эмили, когда она в следующий раз пойдет собирать деньги для церкви. Робин дала нам хорошее физическое описание. Они с Эмили нашли общий язык, и я думаю, что если один из наших оперативников упомянет Робин, Эмили можно будет убедить уехать с ними.
— Да, я был бы рад, если бы вы попробовали это сделать, — сказал сэр Колин, перед которым остывал практически нетронутый пирог. — Я бы почувствовал, что делаю что-то для Кевина, если бы помог его сестре выбраться… Ну, — сказал сэр Колин, который был явно потрясен, но пытался сосредоточиться на положительных моментах, — ваша партнерша проделала потрясающую работу. За четыре месяца она добилась большего, чем Паттерсон за восемнадцать.
— Я передам ей ваши слова. Это будет много значить для нее.
— Она не смогла прийти на обед? — спросил сэр Колин.
— Нет, — сказал Страйк. — Я хочу, чтобы она немного отдохнула. Она прошла через многое там.
— Но вы же не хотели бы, чтобы она давала показания, — сказал сэр Колин без намека на вопрос в голосе. Для Страйка было облегчением для разнообразия обзавестись умным клиентом.
— Не при нынешнем положении вещей. Юристам церкви пришлось бы нелегко из-за отсутствия беспристрастности у Робин, учитывая, что ей заплатили за то, чтобы она ходила туда и собирала компромат на них. Культура страха в церкви такова, что, я думаю, они бы сплотили ряды и напугали любого на ферме Чепмен, кто смог бы подтвердить ее личность. Если она начнет говорить о сверхъестественных явлениях и методах пыток без подтверждения…
— Методы пыток?
— В течение восьми часов она была закрыта в коробке, не имея возможности двигаться из согнутого в коленях положения.
Насколько Страйк мог судить при рассеянном освещении, сэр Колин теперь был довольно бледен.
— Кевин говорил мне, что его привязывали к деревьям по ночам и т.д., но он никогда не упоминал о том, что его запирали в коробке.
— По-моему, это делается только за самые страшные проступки, — сказал Страйк, решив не говорить сэру Колину, что его сын тоже был подвергнут этому наказанию.
Теперь он колебался, обдумывая, как лучше сформулировать свои дальнейшие действия.