Посмотрела бы я тогда на тебя, – съехидничала девушка и мысленно добавила: – На вопрос все-таки ответь.
Томас, уже успевший отвыкнуть от звучания ее голоса в своей голове, на мгновение оторопел.
– Брось эти шуточки.
– Тогда расскажи, что у вас там произошло.
Юноша вздохнул, не зная, с чего начать. История была такой длинной, а ему совсем не хотелось пересказывать все от начала до конца.
– Ты не знаешь Галли, но это один здешний псих, который сбежал несколько дней назад. Так вот, сегодня он вдруг объявился, а потом вскочил на гривера и снова скрылся в Лабиринте. Чертовщина какая-то.
Томасу до сих пор не верилось, что все это произошло наяву.
– Весьма исчерпывающе, – съязвила Тереза.
– Ну да.
Юноша обернулся, высматривая Алби. Сейчас он наверняка выпустил бы Терезу. Глэйдеры разбрелись по всей территории, но их вожака нигде не было видно.
Томас снова повернулся к девушке."
"– Не могу взять в толк, почему гриверы убрались сразу после того, как забрали Галли. Он что-то говорил про то, что гриверы будут убивать нас по одному каждую ночь, пока не перебьют всех. Псих повторил это два раза.
Тереза просунула руки сквозь прутья решетки и положила на бетонный подоконник.
– По одному каждую ночь? Зачем?
– Понятия не имею. Он еще сказал, это как-то связано с… испытаниями или… Переменными. Что-то вроде этого.
У Томаса вновь возникло необъяснимое желание – такое же, как и в прошлую ночь, – прикоснуться к ее руке. Впрочем, он себя быстро осадил.
– Том, я все думала о том, что тебе сказала. Ну, Лабиринт – это код… Знаешь, ночь в одиночестве в камере способна творить чудеса: мозги начинают делать то, ради чего они и предназначены.
– И что эти слова значат?
Сгорая от любопытства, Томас постарался абстрагироваться от криков и споров, доносившихся отовсюду: весть о пожаре в Картохранилище разнеслась по всему Глэйду.
– Смотри. Стены перемещаются каждый день, так?
– Так.
Юноша чувствовал, что Тереза на пути к разгадке.
– И Минхо утверждает, что их конфигурации что-то обозначают, так?
– Ну да.
Мозг Томаса начал лихорадочно работать; показалось даже, что воспоминания из прошлого вдруг начали высвобождаться из плена замутненного разума.
– Я не помню, почему сказала про код. Знаю, что, когда вышла из комы, у меня в голове была настоящая мешанина из мыслей и обрывков воспоминаний. Безумное ощущение, будто мне в буквальном смысле высасывают память или… выскребают мозг. И вот тогда я подумала, что обязана сообщить о коде, прежде чем мне совсем опустошат сознание. Так что все это, наверное, очень важно.
Томас почти не слушал ее – он усиленно размышлял над загадкой.
– Они всегда сравнивали конфигурации стен в секторах по дням – карту сегодняшнего дня сличали со вчерашней, вчерашнюю с позавчерашней и так далее.