В темноте величественного особняка профессора Штерна, когда луна ярко светит из-под густых туч над Северной столицей, начинается ожидание неизвестного. Город погружается в мрак, но серебряные купола и огромные фасады зданий выглядят особенно торжественно под лунным светом....
Неожиданно у ограды появились Никита, Артем, Клепцова, Леонова и еще какой-то парень.
– А эти что здесь делают? – удивилась Алина.
Машина, увозящая Валентину в лечебницу, скрылась из виду.
– Что произошло? – обеспокоенно спросил Никита.
– Моя мачеха спятила, – равнодушно ответила Алина. – Она всегда вела себя странно, но в последнее время ее состояние ухудшилось. Пришла домой и ни с того ни с сего начала визжать…
– Кошмар! – выдохнула Вероника. – Ну, теперь будет о чем с девчонками потрепаться!
– А с тобой-то все в порядке? – спросил Никита.
– Все нормально, – холодно произнесла Алина и, оставив их у ограды, ушла в дом. Пусть заботится о своей Ожеговой!
Голиаф ждал ее в гостиной.
– Только ты всегда понимал и любил меня, – сказала ему Алина. – Несмотря ни на что. Но теперь я уже не та, что прежде. Я красива и смертоносна, я – сверхженщина! Жаль, что Легостаев этого не понял. Связался с этой дурочкой и думает, что он счастлив. Что ж, пусть остается с ней! Таков его удел!
Она показала пауку газетную вырезку, на которой был изображен оборотень, о котором все только и говорили.
– Встретить бы мне этого красавчика, – мечтательно вздохнула Алина. – Он такой же, как я. Сверхчеловек! Уж мы бы нашли, о чем поговорить. Вот только где его искать?
Голиаф вместо ответа подбежал к стене и начал быстро растягивать на ней толстую паутину, закручивая ее ровными кольцами.
Алина с любопытством наблюдала за его действиями.
– Однако с мачехой мы разобрались, – сказала она пауку.
Алина плюхнулась в оплетенное паучьими нитями кресло и включила телевизор. Какое совпадение! На экране профессор Клебин рассказывал журналистам о грядущей выставке в «Куполе мира».
"– Открытие состоится завтра, – улыбаясь, говорил он. – Это будет настоящее событие для всего научного мира Санкт-Эринбурга! Мы вложили в эту выставку столько сил и средств…
– Вор!!! – рявкнула Алина и швырнула пульт от телевизора об стену. Пульт повис в паутине Голиафа. – Грязный вор, мерзавец и убийца! У тебя еще хватает наглости красоваться на телевидении?! Ты мне за все ответишь! Я заставлю тебя страдать!
Она вновь повернулась к Голиафу.
