В темноте величественного особняка профессора Штерна, когда луна ярко светит из-под густых туч над Северной столицей, начинается ожидание неизвестного. Город погружается в мрак, но серебряные купола и огромные фасады зданий выглядят особенно торжественно под лунным светом....
А Никита упал на землю.
С ним происходило что-то неладное. Суставы трещали, кости ходили ходуном, будто увеличиваясь в размерах. Грудная клетка с хрустом раздалась в стороны, мускулы вздулись, туго натянув кожу. Никита вдруг почувствовал, что его клыки стали длиннее, и ощутил во рту привкус крови.
Он медленно поднялся на ноги, с хрустом распрямил спину и расправил плечи, на которых внезапно затрещала просторная еще пять минут назад куртка. Затем грозно уставился на парней. Никита не мог видеть своего лица, но на них оно, похоже, произвело впечатление: все трое побелели и, громко завопив, бросились бежать.
Однако им следовало преподать урок.
– Не так скоро! – взревел Никита.
Парни мчались как угорелые, но он догнал их в три прыжка. Настигнув крайнего, Никита резко оттолкнулся обеими ногами и, прыгнув, ударил его в спину. Парень влетел в витрину ближайшего магазина, с грохотом и звоном пробив огромное стекло, ввалился в торговый зал, сбил несколько стоек с одеждой и отчаянно задергался под охапкой платьев и белья.
Двое оставшихся замерли на месте. Но тут же раздался щелчок, и Рыжий, взмахнув складным ножом, бросился на Никиту. Второй выдернул из разбитой витрины длинную металлическую стойку, перехватил ее обеими руками и стал подкрадываться к Легостаеву сзади.
Рыжий сделал резкий выпад ножом, и Никита едва увернулся. Второй неловко взмахнул стойкой, намереваясь ударить противника по голове. Мальчик отскочил в сторону, и удар пришелся аккурат Рыжему между глаз.
Никита обернулся к последнему нападающему. Тот, не пытаясь подняться, схватил стойку как копье и сильно ткнул Легостаева в живот. Никита взревел от боли и выхватил железяку из его рук. На глазах перепуганного хулигана он скрутил ее в узел и отшвырнул в сторону. Затем ухватил парня за шиворот, рывком приподнял, крутанулся на месте и зашвырнул на растущее неподалеку дерево. Ломая ветки и сучья, с визгом, которому позавидовала бы любая девчонка, тот повис в раскидистой кроне на высоте примерно шести метров.
Никита перевел дух и огляделся по сторонам.
Сирена магазина выла не переставая. В любой момент могли нагрянуть патрульные. Пора было уносить ноги. Никита подскочил к магазину и, цепляясь когтями за выступы кирпичной стены, в несколько прыжков взобрался на самый верх. Затем, лихо перескакивая с крыши на крышу, он помчался к тому месту, где все еще валялись его рюкзак и обломки скейтборда.
