Автор
В пятиэтажке посреди городской черты, обычная дверь кажется странной — она словно застыла в замешательном миге, когда мир внезапно рухнул. Здесь чувствуется тональность загадочности и напряженности, как будто обычный день прерван неизвестным пришествием.
Все всплывшие подробности требовали немедленного разъяснения, и Макс задал наконец терзавший его вопрос:"
"— Я вам зачем? Сами, что ли, разобраться не можете? Вас тут как собак нерезаных, псов твоих в смысле. Приставь к Юльке парочку — и к ней близко никто не подойдет, я тебя, что ли, учить должен?
Рогожский дернулся, подался вперед, но сдержался. Дернул ртом и сказал:
— Это не мое решение. Ты мне тут на фиг не нужен, не знаю, что на нее накатило. Догадываюсь, конечно, но не уверен. Сидел за что? — резко переменил он тему разговора.
— За наркотики, — кратко ответил Макс, не собираясь посвящать Рогожского в детали.
— Торговал, употреблял? — На все вопросы Макс покачал головой, давая понять, что развивать эту тему не намерен, и заместитель Левицкой перевел разговор на другое.
— Кстати, комплимент тебе: ловко ты парней моих на дороге сделал, я запись с видеорегистратора видел. Красиво, грамотно и результативно. Можешь, хвалю. Служил где, когда? В каком звании? Поучаствовать довелось? Награды имеешь?
Он говорил и сам наступал на Макса, оттеснял его к воде, где ожили рыбы, засуетились, зашевелили хвостами и принялись нарезать под водой круги.
— Служил, — глядя в глаза Рогожскому, сказал он, — поучаствовать не довелось, но готовился. Наград нет, навыки есть. Хреново ты своих помощников дрессируешь, неудивительно, что они девку упустили, дилетанты. Сам-то служил?
И шагнул вперед, едва не сбив Рогожского с ног.
— Служил, — спокойно ответил он, — после училища. Долго служил, не то что ты, салага… Ладно, ладно, я пошутил, — он примирительно поднял руки ладонями вперед, — извини, беру свои слова назад. А дрессирую… так говорю же: времени на все не хватает, сам за всех не справляюсь. Вот тебе, солдат, и карты в руки, смотри, девку не упусти, или мало тебе не покажется. Держи! — Он бросил Максу ключи от «Мазды», тот поймал их на лету и зажал в ладони.
Родная пятиэтажка встретила тишиной и привычной вонью из подъезда. Макс обошел покореженную «Тойоту», что так и стояла под окнами, и вздохнул. Куковать машинке тут незнамо сколько времени.
