Автор
Впереди бесконечные водопады, где каждый камешек блестит сказочной зеленью. Как мечталось окунуться в прохладу, внезапно на глубине фонтана предстало нечто живое — черное пятно, движущееся подобно рыбе или утопленнику. И вот оно растянулось, поднявшись до самого верха, и предстала перед рыцарем купальщица, непостижно прекрасная в своей строгости....
В конце августа, услышав крик лодочника, я распахнула окно и выглянула наружу. Иногда рыбаки и лодочники привозили мне подарки, чаще всего просто сетку с рыбой, но этот человек держал в руке какой-то белый мячик.
— Сможете поймать, ваша милость? — спросил он, увидев меня в окне.
Я улыбнулась.
— Смогу.
— Тогда ловите.
И лодочник кинул мне мяч, который плавно пролетел у меня над головой. И все же я подскочила и поймала мяч обеими руками. Я даже засмеялась, внезапно испытав радость, словно от участия в какой-то детской игре.
Я развернула бумагу, разгладила ее и… одной рукой схватилась за сердце, а другую прижала к губам, сдерживая крик: я узнала детски-округлый почерк моего маленького Ричарда.
Моя дорогая-предорогая матушка-королева!
Приветствую и благословляю тебя. Мне не разрешают часто писать тебе, как не разрешают и сообщать, где я в точности нахожусь, на тот случай, если письмо вдруг кто-нибудь похитит.
Передай моим дорогим сестричкам, что я их люблю, а моему брату-королю — что я его люблю и уважаю. С глубоким почтением и любовью,
твой сын Ричард, герцог Йоркский.Хотя теперь меня зовут Питер. И я хорошо запомнил, что всегда должен отзываться на это имя. А хозяйка дома, где я живу, очень добра ко мне и называет меня «мой маленький Перкин»,[32] и мне это даже нравится.
"Сквозь слезы я едва разбирала строки; промокнув глаза, я еще раз перечитала письмо. Я улыбалась, представляя, как эти простые люди называют моего сына «ловким малым», однако то, что хозяйка зовет его «своим маленьким Перкином», вновь заставило меня плакать так горько, что я с трудом перевела дыхание. Мне казалось, что я навсегда разлучена со своим сыном, а ведь он еще так мал.
