Автор
Впереди бесконечные водопады, где каждый камешек блестит сказочной зеленью. Как мечталось окунуться в прохладу, внезапно на глубине фонтана предстало нечто живое — черное пятно, движущееся подобно рыбе или утопленнику. И вот оно растянулось, поднявшись до самого верха, и предстала перед рыцарем купальщица, непостижно прекрасная в своей строгости....
Даже то, что Анна сейчас помогает Ричарду порочить доброе имя моей дочери, скорее всего, ничего ей не принесет: ее все равно уничтожат, хотя, возможно, позволят сохранить достоинство.
— Ричард просил тебя разорвать помолвку с Генрихом Тюдором? — спросила я.
— Нет. Какое все это имеет отношение к моей помолвке с Тюдором?
— Ага, — кивнула я. — Но тебе же и самой понятно, что для Генриха будет чудовищным унижением, когда он обо всем узнает.
— Я бы никогда не вышла за Генриха замуж! — взорвалась дочь. — Я его ненавижу.
— Что теперь?
— Ричард говорит, что удалит от себя Анну и женится на мне, — выдохнула Елизавета, и лицо ее радостно вспыхнуло. — Он обещает, что я стану королевой, и тогда мой сын сможет занять трон, принадлежавший моему отцу. Мы продолжим династию Йорков, и белая роза всегда будет символом Англии.
По-моему, это извечный и самый трудный вопрос в отношениях между матерью и дочерью. Итак, могла ли я полюбить Ричарда ради Елизаветы?
Нет. Этот человек вечно завидовал моему мужу; этот человек убил моего брата и сына Ричарда Грея; этот человек отнял трон у моего сына Эдуарда и подверг его жизнь смертельной опасности, а может даже, сотворил с ним и кое-что похуже.
И, решив солгать, я раскрыла дочери свои объятия.
— Я всегда мечтала только об одном: чтобы ты была счастлива, — заверила я.
Елизавета прижалась ко мне и положила голову мне на плечо, но вскоре снова выпрямилась и в упор на меня посмотрела. Все-таки она была далеко не глупа, моя девочка!
— И я стану королевой Англии. Уж это-то, по крайней мере, доставит тебе удовольствие, — заявила она.
Дочери прожили со мной почти целый месяц.
