В отделе персонала «Оксенфорд медикал», где Анетта исполняла обязанности директора по оборудованию, царила полная тайны атмосфера. Здесь, в бункере секретных технологий, работали специалисты, стремящиеся раскрыть смертельную силу новых вирусов. Аннетта тщательно следила за соблюдением молчания и шифровалкой информации....
Майкл жил тут один – у него не было семьи и было лишь несколько друзей. Все, кто посещал его до того, как он заболел, – вне опасности, если у них не было особо интимных отношений, например, если они не кололись одной иглой. Всякий, зашедший к нему, когда уже появились признаки заболевания, наверняка вызвал бы врача. Так что есть серьезное основание считать, что он никому не передал вируса. – Тони все приуменьшала. С Кинкейдом она была бы откровеннее, так как могла быть уверена, что он не поднимет паники. А Фрэнк был другой.
Фрэнк изменил направление разговора:
– Я слышал, ты сказала, что его смущала жестокость к животным. Он принадлежал к какой-то группе?
– Да. «Свободу животным».
– Откуда тебе это известно?
– Я проверяла его записи.
– Это обязанность полиции.
– Согласна. Но вы ведь не можете войти в дом.
– Я мог бы надеть костюм.
– Костюм-то надеть можно, но, прежде чем в него облачаться, надо пройти обучение биоопасности.
Фрэнк снова начал распаляться:
– Ну так принеси мне этот материал сюда!
– А почему мне не попросить кого-то из моей команды отправить тебе факсом все бумаги? Мы можем также переслать все, что есть на компьютере Майкла.
– Мне нужны оригиналы! Что ты тут скрываешь?
– Ничего, даю слово. Но все, что находится в доме, должно быть продезинфицировано либо дезинфектантом, либо паром под высоким давлением.
– Я этот протокол изменю. Интересно, знает ли начальник полиции, что позволил тебе Кинкейд.
Тони почувствовала, что теряет терпение. Была уже глубокая ночь, ей надо было разбираться с серьезнейшей ситуацией, а она вынуждена была осторожничать, чтобы не задеть чувства обидчивого бывшего любовника.
– Ох, Фрэнк, ради Бога… возможно, ты и прав, но такова ситуация, так неужели мы не можем постараться забыть прошлое и дружно работать единой командой?
– В твоем представлении работать в единой команде – значит, чтобы все делали то, что ты скажешь.
Она рассмеялась.
– Довольно верно. Что, по-твоему, должно быть нашим следующим шагом?
– Я поставлю в известность о случившемся региональное управление здравоохранения. Они согласно протоколу являются головной организацией. Как только они разыщут намеченного ими консультанта, он захочет первым делом созвать тут утром совещание.
