В отделе персонала «Оксенфорд медикал», где Анетта исполняла обязанности директора по оборудованию, царила полная тайны атмосфера. Здесь, в бункере секретных технологий, работали специалисты, стремящиеся раскрыть смертельную силу новых вирусов. Аннетта тщательно следила за соблюдением молчания и шифровалкой информации....
Как, черт побери, такое могло случиться?
– Я нашла у него в саду в сарае мертвого кролика. Думаю, он принес это существо из лаборатории и кролик укусил его.
– Сомневаюсь, – отрезал Стэнли. – Скорее всего он порезался зараженным ножом. Даже опытные люди бывают неосторожны. А кролик был просто любимцем Майкла, который умер от голода, когда он заболел.
Тони хотелось бы сделать вид, будто она этому поверила, но она должна была выложить боссу факты.
– Этот кролик находился в импровизированной биозащитной камере, – сообщила она.
– Все равно я сомневаюсь. Майкл не мог работать один в ЛБЗ-четыре. Даже если коллега не видела его, в каждом помещении установлены телевизионные камеры – не мог он выкрасть кролика, это было бы обнаружено на мониторах. Кроме того, чтобы выйти, ему надо было пройти мимо нескольких охранников – они бы заметили, если бы он нес кролика. И наконец, ученые, работающие в этой лаборатории, на другое утро тотчас увидели бы, что одного животного не хватает. Они, наверное, не могут отличить одного кролика от другого, но уж сколько кроликов задействовано в эксперименте, они знают.
«Несмотря на ранний час, мозг у Стэнли заработал как мотор в его „феррари“, – подумала Тони. – И все равно он ошибается».
– Все эти охранные заграждения я устанавливала, – сказала она. – И говорю вам: идеальной системы не существует.
– Вы, конечно, правы. – Если представить ему веские соображения, он может неожиданно быстро сдать позиции. – Я полагаю, у нас есть видеозапись последнего пребывания Майкла в ЛБЗ-четыре?
– Это стоит в моем списке для проверки.
– Я приеду около восьми. К этому времени приготовьте мне, пожалуйста, ответы на возможные вопросы.
– Еще одно. Как только явятся сотрудники, пойдут слухи. Могу я сказать людям, что вы собираетесь перед ними выступить?
– Точно. Я выступлю перед всеми в главном вестибюле, скажем, в половине десятого. – Главный вестибюль в старом доме был самым большим помещением в здании, в нем всегда проводились большие собрания.
Затем Тони вызвала Сьюзен Макинтош, одну из охранниц, хорошенькую девушку двадцати с лишним лет, с выщипанными бровями и короткой стрижкой. Сьюзен сразу заметила портрет на стене.
– А вам идет форма, – сказала она.
– Спасибо. Насколько я понимаю, у вас конец смены, но мне для одного дела нужна женщина.
Сьюзен кокетливо приподняла бровь.
– Я знаю, когда возникает такое чувство.
Тони вспомнила рождественскую вечеринку, которая была в пятницу.
