Автор
Ольга Валеева возвращается в провинциальный город Чудов, где восемь лет назад произошло таинственное событие, связанное с местным "королём" власти. Её возвращение грозит разоблачить тщательно скрываемые секреты прошлого и изменить судьбы всех, кто был причастен к той давней истории.
Раздел Chitat.online для книги «Белая сирень» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Ольга Валеева возвращается в провинциальный город Чудов, где восемь лет назад произошло таинственное событие, связанное с местным "королём" власти. Её возвращение грозит разоблачить тщательно скрываемые секреты прошлого и изменить судьбы всех, кто был причастен к той давней истории.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ольга Валеева возвращается в провинциальный город Чудов, где восемь лет назад произошло таинственное событие, связанное с местным "королём" власти. Её возвращение грозит разоблачить тщательно скрываемые секреты прошлого и изменить судьбы всех, кто был причастен к той давней истории.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Белая сирень» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Разве можно не любить город, в котором родился и вырос? Что делать, если возникает непреодолимое желание вычеркнуть его из своей жизни и стереть любое упоминание о нём? Как объяснить этот страх и гнетущее ощущение надвигающейся беды, мощной как снежная лавина, готовой стереть тебя с лица земли, не оставив ни малейшего следа? Инстинкт самосохранения вопит во всё горло остаться, не затевать ничего того, что столкнёт тебя заново с этой разрушительной силой. А ты слышишь лишь тоненький голосок своей души и веришь в то, что стала достаточно смелой, чтобы вновь встретиться со своими призраками.
Семь часов пути. Из них последние полтора за окном только лес. Наконец Ольга разглядела сквозь стекло вагона ряды полуразрушенных сараюшек, оставшихся после сноса частного сектора. Раньше здесь была деревня, название которой Оля не помнила. Через пару километров показалось здание вокзала, откуда восемь лет назад она уезжала в новую жизнь, обещав себе никогда не возвращаться.
– Чудов! Стоянка три минуты, – проводница устало взглянула на Ольгу, – готовьтесь.
Девушка подхватила дорожную сумку и вышла в коридор. Гудок паровоза предупредил о прибытии. Вагон несколько раз качнуло, прежде чем раздался скрежет тормозов. Проводница открыла дверь тамбура. Из него пахнуло сыростью и застарелым запахом табака. Небольшое здание вокзала просматривалось насквозь в голубоватом мерцании люминесцентных ламп. Как только движение полностью прекратилось, проводница открыла дверь и выставила лестницу.
– Спасибо, – Ольга подтянула сумку повыше и стала спускаться, – всего доброго!
– И вам не хворать! – проводница поёжилась.
Ольга затянула потуже ремень плаща и накинула на голову шарф. Её слегка покачивало. С лязганьем поднялись ступеньки, поезд быстро набрал скорость. Оля с сожалением проводила его глазами, словно не желая отпускать. На часах почти полночь.
Воздух слишком холодный, шаги слишком громкие, нежелание быть здесь слишком сильное.
Ольга подошла к дверям вокзала и положила ладонь на дерево ручки. Девушка не помнила, была ли эта ручка такой же гладкой восемь лет назад, но её цвет, а вернее – отсутствие определённого цвета ещё тогда отложилось в памяти. В центре зала стояли три ряда новых металлических кресел с прямыми спинками и сетчатыми сидениями. Раньше на их месте были деревянные скамьи медового оттенка с отшлифованными до черноты подлокотниками. На этих скамьях удобно было сидеть и лежать, а ещё вырезать перочинным ножиком разные слова и рисунки.
Ольга подошла к закрытому окошку кассы и сбоку от него, под несколькими слоями штукатурки, разглядела слово «прости». Ей даже на короткое мгновение показалось, что крупинки краски осыпаются сейчас на пол, как тогда, когда она выцарапывала буквы невидимкой.
