— Фамилию будете менять? Нужно подать заявление, — судья посмотрела на настенные часы поверх очков, словно торопилась ее спровадить.
Вогнав ногти в ладони, Юля мысленно простонала. Да! Она бы хотела, но столько заморочек с обменом всех документов. «Потом. Обязательно» — дала себе обещание, застегивая пуговицы пальто непослушными пальцами.
Теперь все на ней, одной держать семью за шкирку и тянуть, тянуть, тянуть…
Юлька, пока шла домой, очень долго шла, чтобы сэкономить деньги на транспорте, представляла себя этакой лошадкой.
Ее погоняет невидимый кучер, хлеща кнутом по горбу: «Пошла!». Юлька пойдет, сцепив зубами удела, никуда не денется, как миленькая… В ее тележке дети.
Хочется плакать или позвонить родителям. Зачем? Чтобы услышать: «Мы тебе говорили, Юль. Это был твой выбор». Выбор есть всегда, с этим она согласна. Сегодня, Юлия сделала его осознанно и драться приготовилась ради него. Почему Леха сдался легко?
Чуть с шага не сбилась, заметив в их дворе машину Сергея. Словно только очнувшись, вспомнила, что в магазин не зашла, оловянная башка.
Обещала Коське бананы, а Даше тетрадей купить толстых в клетку.
Стоит Юлька посередине двора и не знает, что делать. В магазин нужно развернуться и обратно почесать, но ее знакомый подумает, что Юлия его избегает.
Травкин заметил растерянное состояние женщины, будто та заблудилась у собственного дома, а дорогу спросить не у кого.
— Юля, случилось что-то? — он нагнал ее и встал, напротив. Как тогда. Только светового круга нет и моросящего дождя сверху.
Ветер заигрался в ее волосах, швыряя ими в лицо, на щеках которого набил румянец.
— В магазин забыла зайти. Я… забыла, — женщина стала странно оседать, закатив глаза.
Инстинкты Травкина не дали ей свалиться на асфальт, вовремя сделал рывок, подхватив на руки. Прижал к себе, вдыхая ее тонкий аромат, пропитанный уличной свежестью.
— Что за фигня? — начал озираться по сторонам с грузом «спящей красавицы».
Полковник решил не вызывать скорою помощь, а самому быстрее домчать.
— Череп, ничего с твоей Юлией не случилось.
Возможно, сильный стресс и анемия, которую легко подлечим, — друг, один из немногих, курил с ним рядом в белом халате.
Синхронно они стряхивали пепел в жестяную баночку из-под зеленого горошка на лестнице. Напротив, на стене плакат «не курить!» никого не смутил.
— Кто она для тебя? — врач прищурился как кот в ожидании сметаны и подробностей личной жизни полкана — одиночки.
— Знакомая, — решил не кормить излишнее любопытство Травкин.
