Автор
Темный сентябрь прогремел холодными ветрами. Юля бежит между домами под звездами, руки уже ледяные от усталости и страха. В магазине за углом она быстро сбегает, чтобы муж не ждал пустыми руками. Пока что — макароны и огурцы на завтрак, а ужин — котлеты для сына. Юля понимает, что скоро будет один, пока муж не вернется с работы....
Ищи удовольствие в другом месте, — она отпрянула ближе к окну и развернулась, вкладывая твердость во взгляд. — Я не хочу. Тебя.
Глава 46
Такой себе вышел первый день нового годоисчесления. Травкин после отповеди, уставился на нее, не моргая впалыми глазищами. Он не обвинил Юльку, что она дура ревнивая, надумала себе там с три короба.
— Как скажешь. Больше не трону, — чему-то своему ухмыльнулся. — Если хочешь, могу совсем уйти.
— Куда? Из своего дома? — вырвалась у нее разочарованием. — Давай, я освобожу квартиру, — опустила взгляд на свои руки без маникюра с коротко стриженными ногтями.
— Нет. Здесь вы в относительной безопасности. Преступник ходит рядом, испытает наше терпение, Юль. Подумай о детях.
А чего о них думать? Вот они!
В прихожей послышались молодые и звонкие голоса и довольный визг Коськи, которому вручили ведерко с совочком, чтобы куличики из снега лепить.
— Мам, мы пришли-и-и! — затянула Даша из прихожей, копошась с одеждой и хихикая.
Юля, бросив взгляд на Травкина: «Мы позже обсудим», пошла встречать.
— Здрасьте, теть Юля, — Артем, стесняясь, что принес на себе снега, открыл двери в подъезд и потряс пуховиком, из капюшона которого упал приличный шлепок талой массы.
— Как дети малые. В снегу что ли валялись? — мать цокала языком, заметив в ботинках дочки налепленные снежные шарики по краям меха. — Обувь и перчатки на батарею и за стол. Кормить вас буду."
"Беззаботные игривые подростки смогли разбавить напряжение.
— Костя-а-а-а! Ну, елки-моталки! — его поймали с поличным Даша с другом.
— Надо! — отстаивал свое право на самореализацию мелкий пакостник и пытался добраться до сахара.
— Так, ребята! Вы разогревайте сами покушать, что хотите, а я его выгуляю во дворе.
Юлия наскоро замела следы вандализма щеткой и выкинула все в мусорное ведро. Погрозила сыну пальчиком.
— Продуктами играть нельзя!
— Игать! — требовал Коська. Насупившись как хомяк, надул щеки.
Гулять малыш был согласен и позволил себя экипировать в комбинезон. Он стоял готовый к труду и обороне с лопаткой в одной варежке и ведерком в другой.
