Автор
Темный сентябрь прогремел холодными ветрами. Юля бежит между домами под звездами, руки уже ледяные от усталости и страха. В магазине за углом она быстро сбегает, чтобы муж не ждал пустыми руками. Пока что — макароны и огурцы на завтрак, а ужин — котлеты для сына. Юля понимает, что скоро будет один, пока муж не вернется с работы....
Не хотели, чтобы она раньше времени копыта откинула?
Сложно в одиночестве. Еще труднее отмахиваться от панических мыслей: «Как там ее Даша и Костик? Травкин ее ищет?». Она трясла головой, мычала кармические проклятия в адрес ублюдков, обрекающих женщин на муки. Сколько таких бедняжек маялись от неизвестности? А потом… В груди ширилась дыра невозможного размера. Хотелось кричать. И кто ей мешает?
— Помогите-е-е! — заверещала Юля, оглохнув от собственного режущего голоса. Сглотнула, чтобы уши «прочистить», которые заложило от звука.
Она кричала долго, пока горло не начало болеть. А в раненом боку вообще боль дичайшая. Вымоталась. В сердце закололо. Голова закружилась от слабости.
Юлия легла скрючившись. Подложила под мокрую от слез щеку руку. Густой мрак качался перед глазами до тошноты. Была бы она клаустрофобом — сдохла от страха. Сделав рваный вздох, прикрыла глаза. Нужно отдохнуть немного, накопить силы. Они ей точно пригодятся.
Ее выдернуло из небытия шумом, будто смыли воду.
— Что за фигня? — Юля попятилась, отползая на руках и отталкиваясь ногами, как каракатица. Потом, соскочила. Нет, ей не показалось. Под подошвами сапог хлюпала вода. — Дичь какая-то, — прохрипела сорванным голосом."
"Глава 52
Травкин знал, что Юля для него что-то значит. Знал. Но, насколько… Понял только сейчас. Знобило даже в куртке и ему не согреться, пока не найдет маленькую упертую женщину с манящим взглядом, в котором загорались светлячки, когда она смотрела на детей и на него так же глазела.
Он бы запустил руку в пушистые мягкие волосы, потрогал ее лицо. Каждую черточку обвел. Просто млел от ванильного запаха с легкой перчинкой. Дышал ею. Юлька.
Только сейчас Сергей понял, что никогда не говорил ей о своих настоящих чувствах.
Не умел Травкин говорить о любви, не владел словоблудием. Не понимал тех, кто строит понты в виде надувных сердечек, букетов, размером с обхват рук. Красивые жесты не означают ровным счетом ничего — пыль в глаза. Романтическая лапша на женские уши. Главное — реальные дела, забота и твердая рука рядом.
