В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
- Да, - ему просто не дали договорить, - Всего лишь пробить скалы высокого берега! Всего-то! Сколько лет мы будем рыть тут эту кротовую нору? Пять? Десять?
- Потише, господа, откуда столько сарказма? - проскрежетал он, - Между прочим, я слышал...
Ради важности разговора снова зажгли 'светляков', а старейший продолжил:
- В фиордах есть очень сильный колдун. Если вы понимаете, о чем я.
Все поняли, что надо ждать темноты, а потом пробираться в фиорды.
***
Настраивать портал, когда времени оставалось считанные секунды, никто бы не успел, соединенными усилиями им удалось кое-как слепить нестабильную воронку, которая выбросила их где-то поблизости от северо-восточной границы.
Пусто. Выгоревшие деревни, покрытые пеплом поля. Когда-то давно, всего пару дней назад здесь жили люди, цвели сады...
Никто из троих не произнес ни слова, все были подавлены. Еще неизвестно, что делать, однако ясно было одно. Так они этого не оставят. И пусть они и не проявили особого геройства там, в зале, но жертва Мариэса не будет напрасной.
***
Ночь прошла без сна. Ширас сидел на полу своей камеры, привалившись к стене спиной, и сходил с ума от неизвестности. Удалось ли Денизе уйти и увести Фелиду в безопасное место? Не случилось ли с ней чего-нибудь?
Оиссс!!! Он убьет любого, кто посмеет причинить хоть малейший вред его женщине!
Но черт бы его побрал! Он же сидит здесь! В этой проклятой клетке!
А вокруг в переполненных камерах сидели люди. Где-то спали вповалку, где-то ругались, но в основном разностные узники сидели молча, с ужасом ожидая своей участи.
В этот момент из верхнего коридора раздались шаги стражи и звякание ключей.
Кого-то сейчас заберут на допрос.
Но ничего подобного не произошло. Шаги по коридору отдалились и все снова смолкло. Ширас внутренне напрягся, ожидая, что вызовут именно его, он ведь изрядно успел засветиться, когда оказал сопротивление при аресте. И сейчас почувствовал легкую досаду и какое-то опустошение.
Ширас невольно вспомнил зиндан повелителя Магрибахарта и покачал головой. Молодость и глупость. Глупость и нахальство.
(зиндан* - разновидность тюрьмы в Магрибахарте, зарытый в землю по горлышко огромный кувшин, закрытый сверху решеткой)
Он был воином, дерзким бандитом. И не раз рисковал своей головой за куда меньшее.
