В "Белом на Голубом" картина мира меняется мрачнее и более таинственно. Безумная месть ждет тех, кто осмелился упрекнуть притязательную женщина. Герой из безоблачной юности окажется на грани, потеряя все за дерзость - тогдашний мир скроет лишь мрак и ненависть.
- Иди ко мне, глупый, - она запустила пальцы в его густые волосы, слегка царапнула ноготками кожу.
- Ты что... - он не поверил тому, что увидел в ее глазах.
- Иди... Иначе... нас могут убить, а мы так никогда и не узнаем друг друга.
- Ты... хочешь?
Она кивнула, поцеловала его и потянула за руку из кресла.
Внезапно они оказались лежащими на его постели, а потом уже не было ни мира вокруг, ни опасностей, прошлых и настоящих, осталась только жизнь. Настоящая и счастливая. Потом он, тихо улыбаясь, прижимал к себе уснувшую девушку, легко покачивая ее, словно ребенка, и думал, что жизнь странная штука.
Ибо человек так устроен, он все отдаст за свое счастье.
***
И вот сейчас они оба своим счастьем рисковали. И только то, что они вместе, давало хоть какое-то успокоение.
***
Фаэт Евтихию так и не нашел. Думал, его Сафор убъет, но убивал его Нириель, пока Сафор не вмешался. Морфос все это время молчал, глядя застывшим взглядом в море, а остальные побаивались его тревожить. Потом старейшина темный просто велел всем расходиться:
- Нечего торчать тут и пялиться, дел по горло! Вон бухта в каком состоянии! А город! Все вон!
Нириель упрямо мотнул головой:
- Я пойду за ней. Я смогу найти ее.
- Иди, - сказал Сафор, - Иди.
А сам указал глазами на Морфоса, неподвижно застывшего скале, задумчивого, и прошептал одними губами:
- Найди. Обязательно.
Когда вся молодежь разбежалась, Сафор присел на скальный выступ рядом с древнейшим. Тот не отреагировал, тогда темный проговорил, высказывая тайные опасения:
- Что мы ему скажем?
Древнейший дух земли пошевелился, потом нехотя прервал свое созерцание:
- А что мы должны ему сказать?
- Ну, если... если...
- Она жива. Я чувствую.
Сафор наконец-то выдохнул с облегчением. Он знал, как дорога древнему Морфосу его девушка-птица.
- И все-таки. Он придет...
- А ее здесь нет. Забавно, да? - Морфос неожиданно улыбнулся.
Видя, что древний спокоен за свою пернатую внучку, он успокоился и сам. Зато немедленно всплыли другие вопросы. И первый был связан с тем, как бороться со злой колдуньей.
- Эта женщина погубит себя сама, - загадочно ответил Морфос и исчез.
Глава 60.
