Продолжение истории о дознавателях и опасных тайнах. Главный герой сталкивается с неординарным существом, которое одновременно привлекает и пугает его. Между ними разворачивается сложная игра чувств и интересов, где грань между добром и злом размывается. Каждый шаг ближе к истине грозит...
Раздел Chitat.online для книги «Белое солнце дознавателей. Книга 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Продолжение истории о дознавателях и опасных тайнах. Главный герой сталкивается с неординарным существом, которое одновременно привлекает и пугает его. Между ними разворачивается сложная игра чувств и интересов, где грань между добром и злом размывается. Каждый шаг ближе к истине грозит...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение истории о дознавателях и опасных тайнах. Главный герой сталкивается с неординарным существом, которое одновременно привлекает и пугает его. Между ними разворачивается сложная игра чувств и интересов, где грань между добром и злом размывается. Каждый шаг ближе к истине грозит...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Белое солнце дознавателей. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Здесь точно также будет всходить солнце.
— Возвращаемся? — Марша с надеждой бросила взгляд на шпили Ратуши и — назад — на дремавших в седлах дуэний и зевающую охрану. — Хватит на сегодня?
Я кивнула, трогая поводья.
— Хорошо быть солнцем, правда, Фейу?
— Что? — маршина кобыла всхрапнула, когда наездница чересчур резко натянула удила.
— Хорошо-быть-солнцем, — повторила я по слогам. — Путь предопределен и ясен, небосклон всегда чист, и ничто не может помешать движению светила. И все любят солнце…
— Ты не выспалась, Блау? Или перечитала на ночь философских трактатов? — Фейу протяжно зевнула.
— … а разве это не самая простая работа на свете? Просто — быть.
Всходить. Сжигая всё на своем пути.
***
Колчан стрел доставили прямо в комнату — Нарочный отказался отдавать слугам, выполняя указание вручить лично в руки. Я проверила печать брата, обвела пальцами герб Блау на тисненой коже, пересчитала, изучила наконечники и оперение, взвесив в руке, и, прежде, чем упаковать обратно, перепроверила ещё раз, в том числе плетениями.
Чисто. И Аксель наверняка проверял заранее, зная правила Турнира. Но, какая-то неуловимая деталь не давала покоя, мелочь, которую я не могла уловить.
Я вытащила стрелы ещё раз, изучила каждую и сложила обратно.
— Доставить вниз.
— Госпожа, все уже ожидают в гостиной, просили сообщить…
— Уже. Иду, — я подпрыгнула перед зеркалом, проверяя, как сидит форма, и, помедлив, всё-таки достала из шкатулки брошь, которую ночью вернул мне Дан.
Круглое солнце на лацкане было слишком похоже на знак дознавателей, особенно если смотреть издалека. Я сняла и перестегнула на отворот внутрь, так, чтобы артефакт было не видно.
Стоит навестить мистрис Лидс, вряд ли она хорошо знает историю семьи, но хоть какие-то предания?
Зачем Иссихар взял у меня вместе с кольцом Данов «Последнюю надежду», я так и не поняла. Точнее, он не сказал правды.
«Проверка на сторонние воздействия, чтобы ничего не угрожало безопасности невесты» — объяснение звучит просто смешно, видит Великий. С этой точки зрения, у меня полная шкатулка артефактов, которые следует проверить.
Я погладила брошь пальцами. «Носить всегда. Везде. Пока не покинешь Юг. Возможно, когда-нибудь это спасет жизнь. На Юге ещё есть те, кто помнит и отдает долги» — сказал Иссихар."
"Насколько можно ему верить? По договору с дядей Даны заинтересованы в безопасности невесты, но… он слишком много… врет.
Точнее, говорит слишком правильно, настолько правильно, что даже доказать, что солнце на Юге восходит ночью, труда ему не составит.
Про доказательства алхимической теории с зимородком — он отшутился. Что его внезапно осенили идеи, когда просматривал записи с Академии.
