– Этих не жаль! Они только о своей выгоде думают, так пусть теперь получат по заслугам! Дети в детских домах голодают, а они деньги, выделенные на детдома, в карманы кладут… Из флотских офицеров почти все отдают детдомам до трети жалованья. И мы сами следим, чтобы оно детям пошло, а не в карманы чинушам. Как они возмущенно орут из-за этого!
– Господи! – передернуло императора. – Да как же так можно?
– Не знаю… – понурился Ранковский. – Мне иногда кажется, что нынешние власть имущие – не люди, а звери какие-то… Бесчеловечные и безжалостные.
– Да уж… – поежился его величество. – Что ж, раз так, они свое получат. Обещаю вам это. Что с остальным флотом?
– Вам достаточно появиться возле Росса и бросить клич, – криво усмехнулся майор. – Почти на всех кораблях и орбитальных станциях сразу же перебьют ставленников правительства, как мы их перебили. На самом Россе люди сейчас ваше имя скандируют – народ по порядку соскучился. Бунт идет за бунтом. То на одном материке, то на другом. А армия отказывается стрелять в бунтовщиков. Армейские офицеры «демократию» не больше нашего любят.
– Что ж, будем решать, что делать в первую очередь, – император оценивающе посмотрел на него. – Назначаю вас командующим эскадрой, полковник Ранковский. Приказ о повышении в звании получите после победы.
– Как прикажете, Ваше величество!
– Через шесть часов соберите старших офицеров эскадры, найдите девятерых толковых молодых навигаторов и все вместе прибудьте на борт Белого Крейсера на общее совещание. Искин передаст координаты коридора доступа.
– Будет исполнено, Ваше величество!
Экран погас, а майор еще долго сидел и размышлял. Император совсем молод, но он боевой офицер, что немаловажно. Он стрелял и в него стреляли, понимает с какой стороны браться за оружие. Хоть бы только у него хватило решимости справиться со всей той мерзостью, в которую с каждым днем все глубже погружается Росс. Ранковский вздохнул – ему осталось только надеяться. Алесий – последний шанс его родины подняться с колен. Слава Всевышнему, что есть немало людей, понявших это и ухватившихся за этот шанс.
Он медленно встал и поклонился погасшему экрану. Впереди предстояло много дел, предстояло сражаться, не жалея ни себя, ни кого-либо другого. И иного пути нет.
Вокруг круглого стола в конференц-зале высшего командного состава Белого Крейсера сидели семь человек. Император медленно прохаживался у противоположной стены, то и дело бросая на них мрачные взгляды.
