Владислав Казаринов выныривает из сладкого сна под звуки резонирующего мобильника. Валяется, раздумывая о том, стоит ли тряпаться и возвращаться к реальности или пусть телефон продолжает мучить его дальше. Но белый шум за окном внезапно перетекает через дверь — мир кажется будто погружается в вечный сумрак....
– Девочка моя… – А потом без всякого перехода заявил строго и требовательно – Значит, так. Мы с тобой женимся. Хватит глупостями страдать. Мишка предлагает договориться в Грибоедовском загсе. У него там кто-то из поклонниц работает. Распишут в ближайшую дату. Как сказал сам Ломакин: «без шума и пыли». Как тебе идея? Меня устраивает, лишь бы побыстрее.
– А платье? – попыталась сдержать напор Элла. – Гости?
– В Москве со свадебными платьями напряженка? – фыркнул Влад и добавил решительно: – Можно твоих родителей и мою сестру вызвать, или расписаться самим.
– Да, – кивнула Элла. – Идеальная свадьба!
Глава 18
Среди ночи Влад проснулся. И сперва даже не понял, где находится. Но на плече после ненасытных ласк крепко спала Элла, а у себя в кроватке сопел Антошка. Казаринов мысленно ругнулся, вспоминая вероломного Ломакина, а потом задумался о предстоящей свадьбе.
«Кольца нужно купить, Элле – платье, мне – костюм. Ресторан заказать. И все здесь, в Москве. Может, не стоило соглашаться на регистрацию брака в Грибоедовском? – И тут же передразнил Ломакина: – Легендарный загс! Легендарный загс!»
Влад не сдержавшись фыркнул. Рядом заворочалась Элла.
– Не спишь? – сонно пробормотала она. – О чем думаешь?
– О любви, – хмыкнул Казаринов, целуя ее в макушку. – Вот почему именно кольца – символ верности? Ни кулоны, ни серьги, ни браслеты?
– Можно и браслеты, – улыбнулась Элла, умостившись в его объятиях.
– У Картье есть браслеты. Серия «Лав». Бриллианты в форме шурупов. Как написано в релизе, показатель всемогущей любви. Каждый браслет носится не снимая и мужчиной, и женщиной. Даже отверточка прилагается, – захихикала Элла.
– Ух ты ж, – воодушевился Влад. – Давай купим!
– С ума сошел, – отмахнулась Элла. – Там каждый стоит около миллиона рублей. Два браслета – как полквартиры.
– Ты права, – вздохнул Казаринов. – Мы Картье не потянем. Тогда давай какие-нибудь кулоны придумаем.
– А ты романтик в душе, Владушка, – охнула Элла. И Казаринов почувствовал, как по душе разливается счастье. Элла впервые назвала его ласково.
– А что плохого в романтике? – хохотнул он и подмял Элку под себя. – Я вас спрашиваю, гражданка!
– Ничего не имею против, ваша честь, – тоненьким голосочком пролепетала она, мгновенно подхватывая игру.
