Владислав Казаринов выныривает из сладкого сна под звуки резонирующего мобильника. Валяется, раздумывая о том, стоит ли тряпаться и возвращаться к реальности или пусть телефон продолжает мучить его дальше. Но белый шум за окном внезапно перетекает через дверь — мир кажется будто погружается в вечный сумрак....
Сумел добиться любимой женщины и жениться на ней. Сын и дочка, готовая родиться со дня на день. А еще родительский дом, куда семья только – только переехала. Теперь в сознании Влада существовало два разных дома: первый – построенный отцом, несший на себе отпечаток прошлой жизни, где Казаринов был ребенком, а родители – непререкаемыми авторитетами. И второй – переделанный Эллой – с большими светлыми комнатами и просторной кухней, совмещенной с холлом.
Влад лениво ткнул в огромный постер, повешенный на стену холла за несколько минут до прихода гостей, и, ничуть не хвастаясь, бросил довольно Цесаркину:
– Смотри, Ден, мы с Элкой вот за эту фотку главный приз отхватили!
– Их разыскивает полиция, – весело усмехнулся Цесаркин.
Нина Цесаркина отвлеклась от нарезки мяса и заявила решительно:
– Мне очень понравилось! Элка, ты такая роковая красотка!
– Можно подумать, что в жизни я рохля, – фыркнула Элла, приложив ладонь к животу.
"– Можно подумать, что нет, Конькова? – пробурчал Ломакин, открывая бутылку пива, и наткнулся на строгий взгляд хозяина дома.
– Ты сделал две ошибки, – предупредил Казаринов. – Во-первых, назвал мою жену девичьей фамилией, а во-вторых, рохлей.
– И что?
– Дробовик я припрятал, – хмыкнул Влад.
– Красивый дом, – довольно заметил Денис, оглядываясь по сторонам. – Вы, ребята, талантливые черти! Мне весь интерьер нравится. Я уже подумываю, может, и у нас что-то переделать? Нинуль?
– Если только Эллу возьмем в дизайнеры, – поддержала Дениса Нина. – Вот только ближайший год ей будет не до нас.
– Я бы сначала переделала Мишкину квартиру, убрала бы всю купеческую роскошь.
– Ничего ты в дизайне не понимаешь, Конькова, – бросил Ломакин, но, поймав насмешливый взгляд друзей, быстро заметил: – Хороший дом. Большой. Вон дети носятся, а нам не мешают.
Наверху послышался топот, потом быстрые шаги на лестнице.
– Сейчас прибегут, – улыбнулась Элла. – Но тут места много и везде безопасно. Я специально предусмотрела меры предосторожности. Пусть носятся. Скоро и Антошка с Катей к ним присоединятся.
