В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Как ты можешь заступиться, если у тебя никого нет? Как ты можешь собрать «пай», если у тебя нет «обходчиков»? Какое-то время, ты можешь рассчитывать на штыки Кривого, чуть позже на Хортрана, но потом ты превратишься в пыль. С тобой перестанут считаться, начнётся новый передел. Ты топчешься на месте, а это всегда вредно. Я видел, ты разогнал наймитов. Почему?
— Пьяные пришли, — хмуро ответил Спайк.
— И всё?
— Всё.
— Так ты никого не наберёшь, — заметил Гавшар, — и сам погибнешь и меня погубишь, а со мной и моего Ромку.
— Так помоги мне, — Спайк смотрел ему прямо в лицо, — я действительно мало, что понимаю в делах города. Но хочу, чтобы, таким как твой Ромка, не приходилось попадать в плен, или жить в подвалах. Чтобы всякие Россы не брали детей в заложники, потому что их родители не смогли заплатить «пай».
— Я тоже брал заложников, — сообщил Гавшар, — без этого я не смог бы устоять. Но, как правило, я просто вышвыривал неплательщиков на улицу.
— Зимой?
Гавшар кивнул:
— И зимой тоже.
Спайк нервно вскочил:
— И это нормально?
— Нет. Но другого выхода не было.
Спайк быстрым шагом заметался по комнате. Что ж, всё зря? Всё напрасно? Он понимал, что «бригадиры» захватывали заложников, даже не ради тех денег, которые им не заплатили, а ради того, чтобы другие боялись не платить. Что делать? Если Кривой будет давать деньги — они обойдутся без «паёв», но тогда на его территории перетечёт всё население города и Шелаулис с Мэри Чейз останутся без средств к существованию, а это плохо.
— Но детей не брать! — Выкрикнул Спайк, — если кто-то не платит, тащи его сюда. Здесь мы с ним разберёмся. Заставим отработать, или…
— Что? — Быстро спросил Гавшар.
Спайк остановился против него и наклонился к самому лицу:
— Выпорем. Кнутами возьмём и выпорем. А потом отпустим до следующего раза.
Гавшар тупо уставился на него, а потом вдруг рассмеялся:
— А, знаешь, Спайк, пожалуй, это сработает. Мне от чего-то это в голову не приходило.
Спайк выпрямился:
— Сколько ты хочешь за своё «бригадирство»?"
"— Тридцать процентов, — быстро ответил Гавшар.
Спайк отрицательно покачал головой:
— Так не пойдёт. Я не хочу, чтобы ты был заинтересован в расширении своих территорий. Ты наёмный работник и получать будешь твёрдый оклад. Сколько?
Гавшар с таким ещё не сталкивался:
— Это что-то вроде «быка»?
— Вроде управляющего делами. Итак? Сколько ты просишь?
— Так ведь много запрошу.
