В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Она понимала, что момент кризисный, как понимала и то, что должен был найтись кто-то, чья гордость не позволит ему подчиниться новым порядкам. И сейчас ей важно было сломить сопротивление Верескова, хотя бы, для того, чтобы в другой раз никто не посмел затевать с ними спор. Понимала она и то, что Мэри Чейз с Гордоном пока на её стороне. Вовсе не потому, что они согласны с нововведением, а потому что они ещё не остыли от недавней радости по поводу счастливого возвращения детей.
— Ладно, — она выпрямилась и стремительно вышла за дверь.
Вересков сообразил, что Мирла что-то задумала и полез в карман за телефоном.
— Руки на стол! — Рявкнул Спайк и двинулся в обход стола.
Вересков достал телефон и попытался набрать номер. Но ему пришлось пятиться от Спайка и он запнулся о собственный стул. Ткнув не в ту клавишу, сорвал набор и начал заново.
— Я не один, Спайк, у меня охрана, — предупредил Вересков, продолжая пятиться.
Спайк мог легко догнать его и отобрать телефон, но он не хотел доводить до рукоприкладства.
— Плевать на охрану, — ответил Спайк, — но зря ты не трясись: тебя никто убивать не станет.
Отступая, Вересков вынужден был пройти мимо Гордона. Неожиданно, Гордон вскочил и обхватил Верескова за шею. Получился классический удушающий захват. Вересков оказался в очень неудобном положении. Он попытался затеять борьбу, но Гордон сильно сдавил его и Спайк без труда отобрал телефон.
— Спасибо, — сказал он, — отпусти его.
Гордон отпустил. Вересков отскочил к стене и попытался угрожать:
— Вы забываетесь! Я не лох какой-то! Если со мной что случится — крови наглотаетесь не мало. Надолго запомните!
— Сядь, — сказал Спайк, бросая телефон на стол, — ничего с тобой не случится. Я людей на переговорах не убиваю.
Шелаулис и Мэри Чейз молча наблюдали за происходящим. Объективно, власть Спайка Шелаулиса вполне устраивала. Особенно, коперия. С её появлением, вероятность, что кто-то посторонний войдёт в город и прикарманит его «земли» в значительной степени уменьшалась.
"— Верес, уймись. Чего кипишь поднял? С тобой по-хорошему, а ты упрямишься. Без Спайка не было бы ледовой дороги и ты не получал бы новую прибыль. Ничего с тобой не случится. Пускай ходит эта коперия по дрогам. Не будут же они твой «пай» отбирать.
