В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Штырь прошёлся вдоль забора и показал на видеокамеру:
— Тут камера…
— Это не проблема, — по-деловому сообщил Спайк, — смотрите, как она стоит: смотрит вдоль всего забора, а что прямо над ней — не видит.
Видеокамера была укреплена на специальном столбе и находилась в метре от забора. Она была развёрнута так, чтобы просматривать забор до самого угла. Это понятно. А вот что делается прямо над ней, действительно, не контролировала. Раньше об этом Штырь почему-то не думал. Надеялся на сигнализацию.
Он взял камень и перекинул его через забор.
— Сколько времени тебе понадобилось, чтобы разобраться в этом? — Спросил он, когда Спайк догнал его.
— Около часа. Но я вообще-то долго ходил вокруг забора. Место присматривал. Мне всё равно надо было дождаться сумерек и убедиться, что Мирла никуда не ушла.
— Ладно, — Штырь остановился и начал разминать пальцы на руках, — почему ты раньше ко мне не приходил?
— А откуда я знаю к кому идти? Сунулся на проходную, так меня даже за ворота не пропустили.
— Видок у тебя ещё тот, — объяснил Штырь такое невнимание со стороны охраны. — Через вербовщиков бы пошёл.
— Они меня в армию вербовали. Мне это не подходит.
— Почему?
— Не нравится, — одним словом ответил Спайк.
Штырь не стал настаивать почему.
— А сюда зачем полез?
— Кушать хочу, а работы нет. Вот и решил доказать, что я профессионал.
— Мог бы сразу ко мне зайти.
— Простите, — виновато сказал Спайк, — об этом я не подумал.
— Другой раз думай. Я тебя возьму, но в охрану к Мирле не поставлю. У неё есть один телохранитель и ей хватит. Она его терпеть не может, а к тебе хорошо отнеслась. Понимаешь, разницу?
Спайк не понимал. Цепкими пальцами, Штырь ухватил его выше локтя и подтянул к себе:
— Ты не местный.
— Да, сэр, — Спайк коротко кивнул, — но я не люблю, когда меня хватают за руки.
Штырь отпустил его.
