В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
Он испытал припадок ревности, но находился в том положении, когда не мог заявить свои притязания.
— Иди в душ, — сказал ему Спайк и бывший помойник, поплёлся в ванную.
Глава 2
…Эдвард понять ничего не успел, как оказался в наручниках. Ещё минуту назад, он спокойно шёл по скверику и не замечал ничего опасного. Затем, откуда-то появились двое и набросились на него. Звякнули наручники и Эдвард оказался на земле с заломленными за спину руками.
— Что? Что такое? Кто вы?
Эдвард спрашивал скорее по традиции, чем по необходимости.
Его подхватили на руки и через кусты потащили к машине. На заднем сидении сидел человек в тёмных очках.
— Какие люди, — сказал он, широко улыбаясь, — что ж вы так, господин Чехард? Уехали, а нам ничего не сказали. А ведь у нас к вам масса вопросов. Вот и пришлось за вами гоняться. Нехорошо. Ну, ничего, мы исправим эту ошибку.
От его голоса делалось дурно и мурашки бежали по спине. Называлось это психологической обработкой объекта.
Человек в очках пошлёпал его по щеке и вышел. Чехарда втолкнули на заднее сидение, с двух сторон уселись мрачные парни и машина покатила за город.
Эдвард молчал. Он проиграл. Его вычислили, его нашли. Глупо как. Глупо. И чего он встрял? Надеялся, что один переиграет всё ГСБ? Он всегда был дураком.
«Кабан» сидел в машине не далеко от места происшествия.
— «Кабан»! — В рации появился голос одного из агентов. — Его только что взяли. Везут по улице Весёлой, в сторону Луб-Городка.
— Сколько их? — Спросил «Кабан».
— Было две машины. Но одна свернула к центру. Там водитель и кругломордый в очках. Его «ведут».
