Мой товарищ имел свои причины избегать эти места, а для меня были слишком тяжелы связанные с ними воспоминания. Кроме того, почтальон приезжал в Суомпвилл нерегулярно и не в определенное время, и я старался не удаляться надолго от почтовой конторы.
Прошло шесть томительных дней; надежда в наших сердцах то и дело сменялась сомнениями, порой такими мучительными, что даже охота не отвлекала меня от них. Не раз мы с Уингроувом почти теряли терпение и готовы были кинуться в океан прерий, предоставив случаю привести нас к цели. Вечером шестого дня мы окончательно решили отправиться в путь на следующее утро, как только придет почта.
Седьмой день оказался днем радости: долгожданное письмо рассеяло все наши сомнения. Как дрожали мои пальцы, когда я брал его у почтмейстера! Вероятно, он заметил мое волнение, хотя я не стал распечатывать письмо при нем. По адресу на конверте я сразу понял, от кого оно — я так долго изучал этот милый почерк, что мог узнать его с первого взгляда. Я не стал вскрывать письма, пока не тронулись в путь.
Почтовый штемпель «Ван-Бюрен, Арканзас» с достаточной точностью указывал нам направление, и, только выехав из Суомпвилла на дорогу в Мемфис, я с наслаждением принялся за чтение самого письма.
Адрес был тот же, что и на первой записке: «Эдварду Уорфилду», и письмо начиналось тем же обращением. «Незнакомец». Мне хотелось бы, конечно, какого-нибудь более нежного слова, но я был удовлетворен и этим — Лилиен узнала горечь разлуки прежде, чем успела научиться языку любви. Вот ее послание:"
"«Незнакомец! Надеюсь, что вы получили мою записку и смогли прочесть ее. У меня не было ни бумаги, ни пера, ни чернил, чтобы написать лучше, — только обломок карандаша, который остался мне от мамы, и листок, который, как сказал отец, вы вырвали из своей записной книжки. И все-таки я написала бы лучше, если бы не боялась, что они заметят, чем я занята, и будут меня бранить. Пришлось писать очень быстро, пока никого не было в доме, и оставить письмо на столе, когда отец и его друг ушли к реке, чтобы садиться в лодку. Я подумала, что раньше вас в хижину никто не придет, и все утро надеялась, что вы еще застанете нас. Чего бы я не дала, чтобы еще раз увидеть вас! Отец, наверное, дождался бы вашего приезда, но его друг очень торопил нас. Я надеюсь, что вы нашли письмо и не будете сердиться за то, что я без разрешения посылаю вам второе. Я обещала написать вам откуда-нибудь, чтобы сообщить вам, куда мы едем, но забыла, что вы не сможете мне дать разрешение на это: ведь мы не увидимся и вы не знаете, куда мне писать. Как называется место, мне теперь известно, потому что все кругом толкуют о нем. Говорят, что там золото лежит прямо на земле, кусками величиной с орех. Это место называется «Калифорния».