Автор
Проснувшись в унынии и дождем по улицам, это идеальный повод настроить праздник для себя: расслабляющая ванна, кофе и шоппинг. Но ждет меня буря негодования за то, что я не работаю - так верно говорят все остальные женщины.
– Давно жду, что приедете, – продолжала тем временем хозяйка, – неужто, думаю, ей не интересно, из-за кого с дочерью несчастье произошло.
– Вы очень прозорливы, – пробормотала я, – только я не Сонина мать, а ее тетка. Мать до сих пор в шоке.
Тамара Павловна вздохнула:
– Еще бы. Только никакая я не прозорливица. Галина Феоктистовна в жизни бы ко мне клиентов посылать не стала, злая она очень! Мне знаете когда правда открылась?
На всякий случай я ответила:
– Нет.
– Недавно совсем, – пояснила Тамара Павловна, – произошла странная история.
– И какая?
– Мигрень меня схватила, дело обычное, – спокойно рассказывала капельдинерша. – Раньше меня всегда Вадим выручал, но последнее время, сами понимаете, он уже ни на что не годился, хотя в тот день неожиданно собрался и поехал в консерваторию.
Тамаре Павловне было не по себе. Мало того что ее крутила и ломала болячка, так еще сердце ныло из-за зятя. Раньше она безоговорочно доверяла ленивому, но интеллигентному родственнику. Вадя любил музыку и, не имея денег, чтобы заплатить за билеты, с удовольствием заменял тещу.
Но после того как Тамара Павловна узнала, что зять наркоман, всякое доверие к нему пропало, но делать нечего, приходилось прибегать к услугам Вадика, уж очень не хотелось терять место, слава богу, за последний год мигрень не часто укладывала ее в койку, да один раз, смешно кому сказать, Тамара Павловна поскользнулась на отчего-то ставшем скользким линолеуме в прихожей и сильно ударилась лицом о калошницу.
– Отдохните, Тамара Павловна, я съезжу в консерваторию, заодно музыку послушаю."
"Анальгин подействовал самым странным образом, капельдинерша заснула, наверное, от страха, уж больно она испугалась, когда пол вдруг сам собою поехал из-под ног.
– Аннушка масло уже пролила.
– Кто? – забеспокоилась капельдинерша. – Какое масло?
– Ерунда, – усмехнулся Вадя, – спите спокойно…
– Когда же с вами неприятность произошла? – тихо спросила я.
