Автор
В Беременна поневоле мир мелькает между реальностью и сном: юбки, которые кажутся слишком короткими, встречи, где чувствуется что-то не то. Внутренние конфликты главной героини — это взаимодействие между новыми возможностями и давними обидами. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, создавая атмосферу предвкушения и тревоги, будто ты сам участник неизведанных переживаний....
Я отошла в сторону.
В голове пульсировало, что я зря пришла на вечеринку.
Начал звонить телефон. В толпе собравшихся не сразу получилось ответить на звонок. Я чересчур резко поднесла руку с телефоном к уху и сбила девушку, стоящую рядом.
Её бокал с шампанским опрокинулся прямо на моё светло-серое платье. Спиртное разлилось некрасивой, мокрой кляксой.
— Извините! — выпалили мы одновременно.
— Алён, я тебя потерял, — услышала в трубке голос Арсения. — Ищу повсюду.
— Не стоит. Я хочу вернуться домой.
— Что случилось? Ваня?
— Нет.
Я сбросила звонок и почти сбежала с вечеринки. Я кляла себя за то, что решила прийти сюда.
Я не создана для такого сорта развлечений.
Хотелось оказаться как можно быстрее в спокойной тишине дома Арсения.
Мои мысли глупо метались в поисках укромного местечка. Почему-то, как безумные, они возвращались к одном и тому же месту — кабинету Покровского. Там можно было свернуться калачиком на кожаном диване и ощущать, как воздух вибрирует от энергетики хозяина дома.
— Постой!
Арсений догнал меня у выхода из ресторана. Обхватил за талию, беспокойно заглянул в глаза.
— Я подумал, что тебе стало плохо… — выдохнул с облегчением.
— Нет, всё нормально. Просто слишком шумно, и я кого-то сбила, облив платье, — объясняю.
Арсений увёл меня прочь от шумного ресторана.
— Я сам отвезу тебя домой.
— Домой, — эхом повторила я, понимая, что у меня нет своего собственного дома.
— Я бы доехала с водителем. Желаю хорошо повеселиться.
— Нет. Тебя же не будет. Я поздравил знакомого и собирался уходить.
Арсений отпустил прочь водителя, велев ему добираться на такси. Покровский подтолкнул меня в сторону своего чёрного, агрессивного зверя, который по какой-то ошибке называли машиной.
Я потянулась к ручке заднего сиденья, но Покровский открыл передо мной переднюю дверь.
Я замерла. Моё сердце колотилось как у зайца, пойманного в силки.
— Садись, Алён, — попросил Покровский.
Я заглянула в глаза мужчины. В них было магнетическое притяжение и волшебная сила. Что-то такое, что заставляло меня безоговорочно сесть в его автомобиль.
Я словно находилась под гипнозом.
Манеры Арсения, тембр приятного голоса, его постоянная забота и внимание –– всё это действовало на меня так, что я проникалась к нему доверием.
Очень наивно и глупо.
