Автор
В Беременна поневоле мир мелькает между реальностью и сном: юбки, которые кажутся слишком короткими, встречи, где чувствуется что-то не то. Внутренние конфликты главной героини — это взаимодействие между новыми возможностями и давними обидами. Здесь каждый шаг может изменить ход истории, создавая атмосферу предвкушения и тревоги, будто ты сам участник неизведанных переживаний....
Он уже давно не строил иллюзий насчёт Оксаны, но верил, что семья для неё всё-таки важнее.
Оказалось, что он прочитался во многом и насчёт своей жены, в том числе. Оксана после развода встретила мужчину, которого, по её же словам, полюбила всем сердцем. Но детям новый мужчина Оксаны не понравился. Они начали закатывать истерики и специально делали всё, чтобы вывести из себя отчима.
Суровые меры воспитания и тяжёлая рука нового мужа Оксаны ни к чему хорошему привести не могли. Однажды Арсений заметил у Димки на теле синяк и выяснил, что в новом доме с детьми разговаривают на языке приказов и наказаний.
Арсений взбесился и поехал забирать племянников. Был грандиозный скандал — Арсений поднял все свои связи, новый муж Оксаны в ответ встал в позу, прибегнув к своим знакомым в хороших кругах.
Длительные переговоры закончились мирным путём. Арсений уговаривал Оксану отдать детей ему. Оксана согласилась не сразу, но потом разрешила Арсению забрать детей. Оксана забирала их к себе на выходные или на отдых.
Сегодня у нас в доме находился ещё несколько людей, важных для нашей семьи. Богданов Алексей Валентинович стал крёстным отцом Андрею. Он часто бывал у нас в гостях и с удовольствием проводил время с детьми. Кажется, в глубине души он считал меня и моих детей родными. Он верил, что родство душ сильнее кровного родства, и я не могла с ним не согласиться.
Один из мужчин сидел за столом особняком, стараясь не привлекать внимания. Иван. Его только недавно выпустили на свободу по УДО за хорошее поведение.
Иван сильно изменился за минувшие семь лет. Сходство между ним и Арсением стёрлось почти без следа. Черты лица Вани заострились. С него слетел светский лоск. В коротко стриженых волосах плясала седина. Ваня искупил свою вину несколькими годами, проведёнными за решёткой. Арсений принял в гости старшего брата, но судя по разговору, не пылал желанием иметь с ним общих дел.
На улице уже стемнело. Мы зажгли фонари в летней беседке.
— Ты куда, Ната? — нахмурился Иван.
— Гулять! — улыбнулась дочка своему отцу. — Я уже отпросилась у дяди. Пока!
Ивану ничего не оставалось, как молчаливо согласиться. Наташа выпорхнула со двора нашего дома, не дождавшись разрешения отца. Ваня проводил фигуру дочки потухшим взглядом. Старший брат Арсения сидел молча, погружённый в свои мысли, подливая спиртное.
— Кажется, тебе довольно пить.
